Правомерно ли адвокат требует деньги?

Кто должен платить бесплатному адвокату

Правомерно ли адвокат требует деньги?

Обязанность определять, кого из адвокатов назначить в дело и в каком объеме выплатить вознаграждение, возложена на обвинение и суд /Е.Разумный

Уголовному преследованию в России в подавляющем большинстве случаев подвергаются представители малоимущих слоев населения. По данным Судебного департамента при Верховном суде, 62% представших перед судом – безработные.

Есть малоимущие и в других социальных категориях – среди рабочих, к которым относится еще 23% подсудимых. Эти люди обычно не способны самостоятельно оплатить помощь защитника в процессе.

Государство гарантирует, что по просьбе обвиняемого (а в ряде случаев, предусмотренных УПК, – в обязательном порядке) защитник ему будет предоставлен бесплатно по назначению дознавателя, следователя или суда.

Вознаграждение назначенным адвокатам выплачивается из федерального бюджета по ставкам, утвержденным постановлением правительства с 1 января 2013 г.

В зависимости от сложности дела и других обстоятельств (ночное время, праздничные и выходные дни) вознаграждение за один день участия назначенного адвоката в процессе по одному делу без учета реально потраченного времени варьируется в диапазоне 550–2400 руб.

До 2013 г. выделяемые на это суммы вносились в бюджет отдельной строкой, сейчас они включены в общее финансирование судов и правоохранительных органов. Поэтому сегодня трудно оценить, сколько средств расходуется на такую юридическую помощь. Но мы можем оценивать ее объем, исходя из статистики, которую ведут региональные палаты адвокатов.

Вот в качестве примера подсчеты одной из них: в уголовных делах по назначению там участвует около 850 адвокатов. Примерно 3/4 от общего числа дней участия оплачивается по минимальной ставке (550 руб.), а 1/4 – по повышенным ставкам (до 1000 руб.).

Максимальная ставка почти не встречается. В 2014 г. за проведение защиты по назначению адвокатам причитается из федерального бюджета 106 млн руб. Получается, в среднем одному адвокату за оказание юридической помощи начислено менее 10 400 руб. ежемесячного дохода.

Из этой суммы адвокат должен заплатить:

подоходный налог (около 1350 руб.);

фиксированные отчисления в ПФР и фонд медстрахования (чуть меньше 3000 руб. в месяц);

отчисления в федеральную и региональную палаты (1730–2330 руб., а для адвокатов-новичков – 3750–5000 руб.);

взносы в адвокатское образование, на содержание офиса и административного штата (1600–5000 руб. в зависимости от места жительства и типа образования). В результате чистый доход адвоката, если он станет работать исключительно по назначению, стремится к нулю.

Конечно, успешный адвокат в крупном городе, имеющий опыт и стабильную клиентуру, не заинтересован в такой нагрузке и участвует в делах по назначению в исключительных случаях.

Однако для значительной части адвокатского сообщества (новички, адвокаты из малых городов и райцентров, где низка доля платежеспособного населения) участие в уголовных делах по назначению нередко единственный источник дохода.

Поэтому в регионах, где таких дел много, адвокаты принимают столько поручений, что им приходится участвовать в нескольких процессах за день. При низкой оплате и высокой нагрузке такая защита не может быть качественной.

Увеличение ставок улучшило бы материальное положение адвокатов, но само по себе не способно изменить ситуацию с защитой прав обвиняемых. Слабость стороны защиты по назначению вызвана не только низким доходом. Дело в самом механизме выплат, а также в нарушениях процессуальных прав адвокатов в якобы состязательном уголовном процессе.

Обязанность определять, кого из адвокатов назначить в дело и в каком объеме выплатить вознаграждение, возложена на обвинение и суд. Это изначально ставит адвокатов, участвующих в делах по назначению, в финансовую зависимость от государственной машины уголовного преследования и толкает некоторых из них на «сотрудничество» со следствием.

Таких адвокатов часто называют «карманными» и упрекают в том, что они действуют в интересах не подзащитных, а следственных органов и суда.

В то же время, по сведениям региональных адвокатских палат, сотрудники органов предварительного расследования и судьи составляют черные списки принципиальных адвокатов, которых стараются не привлекать к участию в защите по назначению.

Адвокатские палаты в некоторых регионах принимают меры к тому, чтобы исключить заинтересованность коллег в «сотрудничестве» со следствием: усиливают дисциплинарный контроль, вводят электронные системы распределения дел.

Однако даже там постановление на оплату помощи адвоката по назначению по-прежнему выписывает дознаватель, следователь или судья.

Чтобы устранить этот рычаг давления стороны обвинения на сторону защиты, необходимо как минимум пересмотреть правила распределения средств: следственные органы и суды должны только фиксировать факт участия адвоката в деле, но не принимать решение о размере его вознаграждения.

Автор благодарит за помощь в подготовке статьи Департамент информационного обеспечения ФПА РФ.

Автор – научный сотрудник Института проблем правоприменения при Европейском университете в Санкт-Петербурге

Источник: https://www.vedomosti.ru/opinion/articles/2015/04/16/kto-dolzhen-platit-besplatnomu-advokatu

Как определить, что ваш юрист — шарлатан

Правомерно ли адвокат требует деньги?

Я юрист. Ко мне регулярно обращаются люди, которые пострадали от действий моих коллег.

Владислав Шаповалов

юрист

Начну с неприятного. Юрист не всегда способен помочь клиенту. Иногда это невозможно в принципе, иногда люди обращаются слишком поздно. Иногда просто не везет. К сожалению, юрист — это не гарантия успеха.

Но есть и такие юристы, кто хочет нажиться на вашей беде. К счастью, их можно распознать.

Гарантировать результат может тот, кто принимает решение. Это может быть судья, который выносит приговор, чиновник, который подписывает приказ, предприниматель, который подписывает договор, — но никогда не юрист.

Даже если юрист — светило профессии, а правда на вашей стороне, все может пойти не так. Всплывут досадные подробности, изменятся законы, от судьи уйдет жена, а чиновник напьется. Поэтому хорошие юристы никогда не обещают, что все будет хорошо. Нэвер эвер.

Юрист влияет только на процесс. В его силах оценить ситуацию, предложить варианты решения и помочь выбрать правильный. Он оказывает юридическую поддержку. Поэтому если юрист говорит вам, что обязательно решит вашу проблему, — вставайте и уходите.

Шарлатан будет на вас давить: говорить, что он специализируется на ваших случаях, лично знает судью, у него кум в прокуратуре и сестра в канцелярии суда, а главное — что нужно как можно быстрее заключать договор. Не ведитесь: как только слышите о 100% гарантии результата — уходите.

Вот что произойдет, если вы этого не сделаете.

Игорь обратился к юристу через полмесяца после увольнения, которое он считал незаконным. Юрист сказал, чтобы Игорь полностью ему доверился: за 50 000 Р он восстановит его на работе.

Игорь вздохнул с облегчением: больше не нужно копаться в законах.

А через месяц оказалось, что вернуть работу не получится: заявления и жалобы юриста работодатель проигнорировал, а подавать на него в суд уже поздно.

Оказалось, что результат юрист обещал только на словах, а в договоре были совсем другие обещания: написать несколько заявлений и жалоб. Юрист их написал, поэтому у Игоря не было повода требовать свои деньги обратно.

Ни в одном договоре на юридические услуги вы не встретите гарантию результата. Поэтому если сомневаетесь, перечитайте договор и сравните обещания юриста со смыслом услуги. У честного юриста они совпадают.

В договоре юридическая услуга выглядела так: «Представление интересов заказчика у работодателя на этапе досудебных переговоров по спорному вопросу в области трудового права (с подготовкой заявлений и жалоб)»

Если у клиента проблема с налогами, он напишет письмо в налоговую и попросит ее разъяснить свою позицию по делу клиента. Даже если он предполагает, каким может быть ответ, и знает, что дальше будет писать в банк и следственный комитет, он дождется ответа налоговой. Только когда он знает позицию налоговой, он рассказывает клиенту, что можно делать дальше.

Представьте, что вы пришли на прием к врачу. Он узнает ваши жалобы и попросит сдать анализы. По результатам анализов он поставит диагноз и назначит лечение.

Если оно не поможет, он попробует другое лекарство или пересмотрит диагноз. Это нормально: никто не ждет, что врач сразу скажет, какими будут результаты анализов, какой диагноз он поставит, какое лечение назначит и как оно поможет.

А когда так поступают юристы, это почему-то не вызывает подозрений.

Наталья обратилась к юристу после того, как банк отказал реструктурировать ее кредит. Юрист сказал, что добьется этого с помощью жалоб на банк в различные инстанции: Роспотребнадзор, омбудсмену по правам человека, омбудсмену по правам ребенка, председателю ассоциации банков РФ и в прокуратуру. За свои услуги он взял 19 700 Р.

После того как жалобы не помогли, юрист взял с Натальи еще 15 900 Р за анализ правовой ситуации и подачу иска в суд. Чтобы иск выглядел привлекательнее, он добавил в него 100 000 Р моральной компенсации с банка. И конечно, пообещал, что судья примет решение в пользу Натальи. Суд Наталья проиграла.

Когда хороший юрист берется за такое дело, он действует более тонко. Например, затягивает судебный процесс. Да, банк получит исполнительный лист, но через год или позднее, и у клиента будет больше времени собрать деньги. Можно уменьшить сумму, которую клиент должен банку: убрать пени, штрафы, пересчитать проценты. Пусть заплатить и придется, но не сейчас и меньше, чем просит банк.

Я понимаю: когда человек обращается к юристу, ему больно и радужным обещаниям очень хочется верить. К сожалению, они ничего не стоят. Чтобы помочь клиенту, приходится вымерять каждый шаг и все время сверяться с позицией разных чиновников, судов и заинтересованных сторон. Поэтому хороший юрист — это долго и дорого.

Хорошие юристы не работают бесплатно или за процент от взысканной суммы. Они не соглашаются, если им обещают заплатить только после победы в суде. Если дело затягивается, можно договориться на рассрочку или комбинацию фиксированной суммы с процентом. Но в любом случае, если хотите хорошего юриста, придется заплатить за его услуги.

Если юрист просит небольшой гонорар, это должно не радовать, а настораживать. Это может значить, что он еще студент или недавно занялся практикой. Если юрист честно нарабатывает репутацию, возможно, он справится с вашим делом и все закончится хорошо. Но если это юрист со стажем, скорее всего, он собирается не погружаться в дело и решать проблему, а только писать письма и жалобы.

За услуги своего юриста Наталья заплатила 35 600 Р. Дело было в Москве, а в этом городе хороший юрист не согласится представлять своего клиента в суде за такие деньги. Самый минимум — это 80 000 Р, и то если процесс простой и другая сторона его не затягивает.

Со стороны работа юриста выглядит работой с документами: написать жалобу, подать иск, составить заявление. Хороший юрист помнит, что все это инструменты, которыми он решает проблему клиента. Для плохого написать очередную бумагу — это и есть суть работы. Поэтому помнить о пользе приходится самому клиенту.

Иван обратился к юристу, чтобы взыскать 1 000 000 Р, который знакомый обещал отдать уже год назад. Знакомый не отрицает, что должен — вот его расписка, — но он говорит, что денег нет. Вы мне поможете?

Юрист отвечает: КОНЕЧНО!!! Сейчас мы подадим на него иск, еще и взыщем процент за пользование чужими деньгами, одновременно напишем заявление в прокуратуру, так как это мошенничество. В результате из правоохранительных органов приходит ответ с советом идти в суд, а в суде Иван получает решение и исполнительный лист. А денег нет как не было.

Чтобы юрист занимался не документами, а проблемой, нужно четко поставить перед ним цель. В случае Ивана это получение долга.

Юрист не пропишет цель в договоре, но ему хотя бы придется подробно описать все варианты: что будет, если Иван проиграет суд; сколько времени займет получение долга, если выиграет; как поступить, если у ответчика не окажется денег. Требуйте у юриста рассказать, как его действия повлияют на вашу боль.

Добросовестный юрист дорожит репутацией, поэтому делает все, чтобы клиент остался доволен его услугами — даже если он проиграет дело. Удар по репутации для него стоит куда больше 30 тысяч.

Поэтому ему выгодно ввести клиента в курс дела, объяснить все риски и не торопить с принятием решения. Если что-то пойдет не так, хороший юрист достанет клиента даже из экспедиции к Новой Земле.

Он согласует с клиентом новую позицию и не позволит ситуации развиваться без его участия.

Он подпишет акт, только если дело действительно закончилось. У хорошего юриста акт — это формальность для бухгалтерии, а не повод завершить работу. Даже если дело затянется, он предложит разбить его на этапы и подписывать промежуточные акты, но и в этом случае никогда не будет торопить.

Поэтому если юрист торопит вас подписать акт, а вы не уверены в качестве его работы, возьмите паузу. Перечитайте договор и статьи закона, которые имеют к вам отношение, узнайте мнение о деле у независимого юриста. Опишите ему ситуацию и расскажите о своих сомнениях — настоящие юристы не любят шарлатанов, поэтому постараются подсказать, как поступить, и не попросят за это денег.

  1. Если юрист гарантирует результат — вставайте и уходите.
  2. Если юрист рассказывает, как много он всего сделает, — вставайте и уходите.
  3. Если юрист согласен работать бесплатно или за небольшие деньги — уточните его стаж. Если это опытный юрист — вставайте и уходите.
  4. Если юрист говорит о документах, а не о вашей проблеме, напомните, зачем вы к нему пришли. Не получается — вставайте и уходите.
  5. Не торопитесь подписывать акт: до этого вам будет проще вернуть деньги, если юрист окажется шарлатаном.

Источник: https://journal.tinkoff.ru/sharlatan/

Бесплатный адвокат, государственный адвокат, бесплатная юридическая помощь, и прочие мифы обывателей о юриспруденции. Качество юридической помощи — личный взгляд на отнюдь не личную проблему

Правомерно ли адвокат требует деньги?
Наверняка каждому профессионалу неоднократно приходилось слышать вопросы посетителей об оказании бесплатной юридической помощи, видеть недоуменные взгляды, и слышать возгласы: «Как, разве это не бесплатно?!», «А почему так дорого?!», «А по телевизору говорят, что государственные адвокаты работают бесплатно!» и тому подобную ересь.

Напомню, что Конституция РФ содержит всего четыре упоминания, столь любимого обывателями слова «бесплатно», но всегда содержит оговорку, сводящую эту бесплатность практически на нет: Часть 3 статьи 40 Конституции РФ, декларирующая право на жилище, гласит:

«Малоимущим, иным указанным в законе гражданам, нуждающимся в жилище, оно предоставляется бесплатно или за доступную плату из государственных, муниципальных и других жилищных фондов в соответствии с установленными законом нормами»то есть для получения бесплатного жилья, гражданину необходимо соответствовать сразу нескольким, весьма жестким условиям, и ждать своей очереди очень и очень долго.

В части 1 ст. 41 Конституции РФ говорится о праве на бесплатную медицинскую помощь:

«Медицинская помощь в государственных и муниципальных учреждениях здравоохранения оказывается гражданам бесплатно за счет средств соответствующего бюджета, страховых взносов, других поступлений»то есть далеко не любая медицинская помощь бесплатна даже в теории, а уж о практике и говорить нечего. При этом в Конституции речь идёт только о государственных и муниципальных учреждениях, но никак не о частных.

Лично я ещё с детства помню: «Даром лечишся — лечишся даром», и «Здравствуйте бесплатный доктор. Ну здравствуйте безнадёжный больной».

Аналогично и в части 3 ст. 43 Конституции РФ говорится:

«Каждый вправе на конкурсной основе бесплатно получить высшее образование в государственном или муниципальном образовательном учреждении и на предприятии»тут уже, кроме упоминания государственных и муниципальных учреждениях, говорится и о конкурсной основе, т.е. о том, что бесплатное высшее образование доступно отнюдь не каждому.

Ну и наконец, в соответствии с ч. 1 ст. 48 Конституции РФ, «Каждому гарантируется право на получение квалифицированной юридической помощи. В случаях, предусмотренных законом, юридическая помощь оказывается бесплатно»При этом, в соответствии с ст. 16 УПК РФ,

«В случаях, предусмотренных настоящим Кодексом (ст. 51 УПК РФ) и иными федеральными законами (ст. 2 ФЗ № 324), подозреваемый и обвиняемый могут пользоваться помощью защитника бесплатно» 
За последние 25 лет, ни мне, ни моим родственникам, и даже никому из моих знакомых, НИЧЕГО не посчастливилось получить от государства БЕСПЛАТНО. Однако, в общественном сознании обывателей настойчиво культивируются представления о возможности получить бесплатные блага от государства, и именно на это направлена вся государственная пропаганда. Я не буду углубляться в анализ работоспособности и широты применения норм статей 40, 41 и 43 Конституции РФ, а сразу перейду к анализу практического значения положений статьи 48-й, как наиболее тесно связанной с деятельностью большинства профессионалов юриспруденции. По моему глубокому личному убеждению, бесплатная юридическая помощь, в любом варианте, предлагаемом государством, не просто бесполезна, а откровенно вредна для любого, кто готов стать жертвой собственных заблуждений. Те, кто наивно полагает, что бесплатные адвокаты существуют, забывают о существовании п. 2 ст. 131 УПК РФ, и ст. 132 УПК РФ, предусматривающих взыскание судебных издержек с осужденного.
В соответствии с ч. 1 ст. 3 Федерального закона от 31.05.2002 № 63-ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации»:
«Адвокатура является профессиональным сообществом адвокатов и как институт гражданского общества не входит в систему органов государственной власти и органов местного самоуправления» Иначе и быть не должно, поскольку государственные органы и государственные служащие (чиновники) априори не могут защищать ничьих интересов, кроме интересов своего работодателя — государства.

«Кто платит — тот и заказывает музыку!», «Кто девушку обедает — тот её и танцует!» — эти, и многие другие пословицы, очень точно отражают суть отношений между работником и работодателем, наёмником и нанимателем, подрядчиком и заказчиком, и отрицать это было бы просто глупо.

Знаю, что навлеку на себя шквал негодования как со стороны обывателей — потенциальных «подзащитных» адвокатов по назначению, так и со стороны самих адвокатов — хронических назначенцев, да и со стороны чиновников всех мастей, «радеющих о народном благе», но по моим многолетним наблюдениям, почти всегда:Исключения конечно случаются, но они лишь подтверждают правило. Недавно, в одном из судов области, в котором начинается рассмотрение резонансного дела с участием восьми подсудимых, мне довелось наблюдать удручающую, безобразную картину «дележа» подсудимых между местными адвокатами по назначению, которых оказалось больше чем самих подсудимых.

Выяснив, что двоих подсудимых защищают «варяги» — адвокаты по соглашению из Кемерово (трое цитадельцев), и что в этом долгом деле не всем из них достанется государственная пайка, некоторые стали буквально шипеть: «что, приехали у нас хлеб отбирать?!».Жалкое зрелище…

Зато те «счастливчики», кто успел первым затесаться в этот процесс, практически сразу утратили к нему и своим подзащитным всякий интерес, и в судебных заседаниях откровенно дремлют, играются со своими телефонами, что-то рисуют… наверное проектируют модели защиты…

А сколько негативных эпитетов придумано для назначенцев: кивалы, карманные адвокаты, подписанты, решалы… последние, в большинстве случаев — откровенные мошенники, вымогающие деньги со своих «подзащитных» за «порешать вопрос» со следователем и/или судьёй, но на деле просто кладущие их в собственный карман. Это мерзко.

Те, кто думает, что государственная система бесплатной юридической помощи нужна, ошибаются только в том, кому именно нужна эта система, а нужна она отнюдь не гражданам, а самому государству, и нужна она совсем не для защиты граждан от государства, а для создания видимости такой защиты. Это очень удобно всем, конечно кроме самого оболваненного пропагандой обывателя, участь которого можно считать фактически предрешенной с того момента, как он соглашается на участие в его деле «бесплатного адвоката» рекомендованного опером или следователем, и готового на всё, «лишь бы дали поменьше и побыстрее». И вот уже дело рассматривается в особом порядке, недоумевающий обыватель получает свой срок, опер, следователь и судья — получают свои зарплаты, стаж, пенсии и статистические показатели, а услужливый назначенец — свои «тридцать серебренников». А потом, сам осуждённый, или его родственники, поднимают вой, пишут всем подряд, в том числе и на Праворубе — «обещали дать условно, а посадили реально», или «сказали что нужно подписать и тогда отпустят», «адвокат мне не объяснил», «я не виноват»… А ответы всегда одинаковы:

  • Подпись Ваша?
  • Да, моя.
  • Адвокат был?
  • Да, был.

Ну так чего же Вы тогда хотите — всё законно и обосновано, результат закономерен и прогнозируем. И такая связка следствие — суд — прокурор — адвокат по назначению позволяет государству осудить почти любого, при этом делая вид, что о правах обречённого сидельца кто-то заботится, и как будто его права соблюдаются и защищаются. При этом издержки государства на содержание своры назначенцев, имитирующих осуществление защиты, и заглядывающих в рот следователям и судьям, минимальны. Да и зачем государству платить больше, если назначенцы и так согласны, и готовы рвать друг другу глотки за очередного клиента? Я бы тоже не стал. На мой взгляд, если и говорить о необходимости существования самой системы бесплатной юридической помощи, ну например в угоду международным договорённостям (ЕКПЧ) или для создания имиджа демократического государства, то в любом случае, необходимо менять базовые принципы предоставления этой самой «бесплатной» юридической помощи. Поскольку De Facto, в силу статей 131 и 132 УПК РФ, эта помощь отнюдь не бесплатна, и адвокатам в любом случае приходится платить, то можно использовать любую из двух моделей обеспечения финансирования затрат граждан на юридическую помощь: страхование, либо кредитование. 

Страховая модель может быть аналогична системе ОМС, или даже ОСАГО, и предполагает определённое покрытие расходов гражданина в случае привлечения его к уголовной ответственности.

Не думаю, что страховые взносы будут слишком велики, поскольку статистическая вероятность наступления страхового случая тоже не слишком высока для законопослушного обывателя, ну а для людей «бывалых», либо относящихся к некоторым группам повышенного риска, могут быть использованы корректирующие коэффициенты. 

Кредитная модель ещё проще — по предъявлению постановления о возбуждении уголовного дела, уполномоченный банк заключает с привлекаемым лицом, либо его родственником, специальный кредитный договор, по условиям которого, банк оплачивает счета адвоката за оказываемую юридическую помощь, а по вступлению приговора в силу, в зависимости от результата, выплаченные суммы взыскиваются банком либо с осуждённого, либо с казны.

В обоих вариантах, гражданин САМ, а вовсе не следователь или судья, и даже не координатор адвокатской палаты, или входящие в моду автоматизированные системы распределения дел по назначению, выбирает себе защитника. И никаких больше назначенцев. Никому и никогда. Каждый сам делает свой личный выбор.

Безусловно, необходимо отменить, или хотя бы сильно сократить, нормы об обязательном участии защитника — каждый сам вправе решать, нужна ли ему квалифицированная юридическая помощь, или он будет сам себя защищать, а может и не будет, но решать нужно самому гражданину. Во всяком случае, многие «бывалые» не по одному разу сидельцы, способны сами оценить перспективы своего очередного дела. Так зачем излишние траты? Я даже знаю, что помимо жаждущих халявы обывателей, на меня ополчатся и все адвокаты-назначенцы, причем будут доказывать с пеной у рта, что в провинциальных городках другой работы нет, и они все умрут с голоду. Не умрут. Если адвокат хороший — доверители будут, а если никакой, то это и не адвокат вовсе, и нужно искать себя в других отраслях, а не клянчить подачки от государства, попутно превращаясь в ничтожество, презираемое как правоохранителями, так и теми, кто с их помощью получил судимость. Я так же понимаю, что против меня ополчатся и все чиновники от адвокатуры, поскольку большинство из них утратило связь с профессией и давно уже не практикует, но очень неплохо себя чувствует на взносы собираемые с адвокатов, независимо от качества их работы.

По сведениям Минюста, на сегодняшний день в России 71 677 действующих адвокатов. В нашем регионе, размер ежемесячных отчислений (взносов) на содержание адвокатской палаты Кемеровской области и ФПА РФ составляют 1600 рублей в месяц с каждого адвоката, в других регионах размеры взносов могут быть как меньше, так и больше, но вряд-ли намного меньше.

Даже если предположить, что средний размер регулярных отчислений составляет 1000 рублей в месяц, то каждый месяц на содержание аппаратов региональных палат и ФПА РФ собирается не менее 70 000 000 рублей, а во многих региональных палатах существуют ещё и вступительные взносы… кто-то ведь должен все эти средства администрировать и осваивать… Однако, пока существует система «бесплатных» назначенцев, пока граждане не начнут сами выбирать себе адвокатов, средний показатель качества юридической помощи в стране будет оставаться крайне низким, что не идёт на пользу никому, кроме чиновничества.

P.S. Всем, кто думает, что моя статья вызвана удалённостью от государственной «кормушки» для назначенцев, сообщаю: у меня нет ни малейшего желания получать государственную пайку, и на протяжении уже многих лет меня даже не приглашают участвовать в делах по назначению (потому, что я неудобен для следователей и судей), чему я очень рад.

Источник: https://pravorub.ru/articles/71908.html

Списать нельзя обжаловать

Правомерно ли адвокат требует деньги?

Также он отмечает, что проблемы возникают у пенсионеров как у самой социально незащищенной категории граждан. Последний громкий случай произошел этой осенью в Забайкалье. Там приставы сняли всю пенсию с карточки пенсионера в счет уплаты долга по ЖКХ. В начале декабря прокуратура признала действия приставов незаконными.

Что касается мошенничеств, то в общем объеме конфликтов, связанных с неправомерным взысканием со стороны ФССП, они занимают небольшую часть, но все-таки встречаются, отмечает финансовый омбудсмен Павел Медведев.

РБК разбирался, на какие доходы должника и в каком объеме может быть обращено взыскание, и что делать, если приставы списывают деньги в счет долга, которого не существует.

Изъять у должника имущество, в том числе деньги, судебные приставы могут только по решению суда.

Партнер юридической компании Vinder Law Office Екатерина Булдакова поясняет, что исполнительный лист, выданный судом, поступает в отделение Федеральной службы судебных приставов, где возбуждается исполнительное производство.

Далее пристав направляет инкассовые поручения банкам, в которых должник имеет счета. Инкассовое поручение подразумевает списание денежных средств со счетов плательщиков в бесспорном порядке, то есть отказать приставам банк не имеет права.

Чтобы определить, в какой организации есть счет, пристав рассылает запросы в банки о наличии у должника счета (эта процедура прописана в законе «Об исполнительном производстве»).

При этом законом установлен перечень неприкосновенных доходов, забирать которые у гражданина нельзя.

В частности, взыскание не может быть обращено на социальные выплаты, связанные с причинением вреда здоровью, алименты, материнский капитал, пособия на детей, компенсации, связанные с обеспечением ухода за нетрудоспособными, пенсии по потере кормильца.

«В данном случае применяется правило взыскания за счет любых доходов, в том числе пенсии по старости, кроме тех, в отношении которых действуют ограничения или запреты», — поясняет Василий Малинин.

Но Павел Медведев отмечает, что эти принципы иногда нарушаются. «Задача приставов заключается в том, чтобы списать средства, а что это за доходы, они не уполномочены разбираться. Строго говоря, приставы не знают, какие именно деньги есть у гражданина. Я сталкивался с ситуациями, когда долги по кредитам у матерей-одиночек списывали с пособий на ребенка», — говорит омбудсмен.

По его словам, определить, из каких выплат гражданина можно вычитать долги, должен суд, который выписывает предписание, но часто эта обязанность игнорируется.

Екатерина Булдакова соглашается, что разбираться с категориями доходов должника никто не хочет, особенно если и зарплата, и социальные выплаты начисляются на один счет. «Пристав, не разбираясь, выставляет требование банку.

Банк тоже не разбирается и просто механически списывает соответствующую сумму со счета», — отметила она.

Решить проблему, возможно, смогут поправки в Гражданский кодекс и закон об исполнительном производстве, которые в начале ноября депутаты одобрили в первом чтении.

Предполагается, что все социальные выплаты гражданин будет получать на специальный счет, на который не может быть обращено взыскание.

Если банк получит поручение от ФССП, он должен будет отказать приставам в доступе к такому счету.

Но пока в подобных ситуациях должнику приходится доказывать неправомерность взысканий на защищенные выплаты.

Для этого он должен собрать документы, которые определяют источник этих доходов (предоставить справки или постановления, говорящие о том, что это именно те деньги, которые защищены от взыскания).

Например, если речь идет об алиментах, то предоставить решение суда о назначении алиментов, свидетельство второго родителя, выписку из банка, которая доказывает, что именно он перечислял эти деньги.

С этими документами должнику надо обратиться с жалобой на незаконные действия и с требованием вернуть удержанные деньги в районный отдел судебных приставов.

Но Павел Медведев говорит, что в большинстве случаев договориться с приставами не удается и приходится обращаться в суд.

«Если ответа от приставов нет, надо подать жалобу главному судебному приставу или заявление в суд», — подтверждает руководитель уголовной практики BMS Law Firm Тимур Хутов.

Адвокаты предупреждают, что важно не пропустить срок обжалования постановления о взыскании.

«Сделать это можно в течение десяти дней с момента вынесения постановления или с момента, когда человек был уведомлен о вынесении постановления», — поясняет юрист.

Если, например, постановление было вынесено первого числа, а уведомление получено только двадцатого числа, то десятидневный срок будет отсчитываться с последней даты.

Если срок обжалования истек, жалобу не примут. Исключение составляют ситуации, когда человек не смог подать жалобу по объективным причинам, например был в больнице или находился в другой стране.

Виктор Климов предупреждает, что если в рамках одного дела удалось доказать неприкосновенность денег, то при взыскании по другому долгу должнику вновь придется доказывать социальный характер таких выплат.

Из зарплаты, пенсии по старости или других доходов пристав по всем исполнительным листам может удержать до 50% (согласно закону «Об исполнительном производстве»). Причем размер удержания исчисляется из суммы, оставшейся после уплаты налогов.

При взыскании алиментов, возмещении вреда, причиненного здоровью, вреда в связи со смертью кормильца, а также при возмещении ущерба, причиненного преступлением, размер удержания из заработной платы или иных доходов должника не может превышать 70%.

Сам должник может попытаться уменьшить сумму регулярных выплат. «Для этого следует обратиться с заявлением о снижении размера удержаний в службу судебных приставов-исполнителей либо в суд, вынесший решение, с заявлением об изменении порядка и способа исполнения решения суда», — говорит юрист Василий Малинин.

Свою просьбу должник может обосновать тем, что сумма, оставшаяся после взыскания на его счете, слишком мала, что нарушает принцип неприкосновенности минимума имущества, необходимого для существования гражданина и членов его семьи.

Это может выражаться в нехватке средств на необходимый минимум: питание, оплату ЖКХ, лекарства и даже на заправку машины, если она является источником заработка.

Адвокаты советуют в качестве доказательств предоставлять любые сведения, будь то чеки из магазина, квитанции за оплату коммунальных услуг, справки о доходе семьи и лицах, находящихся на иждивении.

Списание социальных денег — не единственная проблема, с которой сталкиваются должники.

На практике, говорят юристы, встречаются ситуации, когда средства продолжают списываться после завершения исполнительного производства.

На форумах, посвященных защите потребителей финансовых услуг, можно встретить жалобы от людей, с которых хотят взыскать долг по уже закрытому кредиту или погашенной задолженности по ЖКХ и алиментам.

Как и в первом случае, для начала должнику нужно обратиться в районный отдел судебных приставов. Как отмечает Василий Малинин, если речь идет об уже погашенном долге, гражданину необходимо представить доказательства полной уплаты долга (квитанции, расписки об оплате). Если в возвращении денег будет отказано, придется обращаться в суд.

Обычно, по словам юриста Московской городской коллегии адвокатов Григория Колесникова​, срок подобного разбирательства не превышает шесть месяцев.

Екатерина Булдакова рассказывает, что нередко возникают проблемы у людей, которые имеют несколько счетов в разных банках. «Приставы направляют требования в несколько банков, и все банки их исполняют.

Поэтому фактически у человека изымают в несколько раз больше, чем сумма, которая с него причитается по решению суда», — говорит адвокат. Например, человек должен 50 тыс. руб. в счет уплаты коммунального долга. У него счета в трех банках, на каждом из которых по 100 тыс. руб.

В итоге приставы направляют в каждый банк требование — списать 50% дохода — получается, что списанная сумма в три раза превышает долг.

По словам Булдаковой, в таком случае приставы сами обязаны вернуть излишне списанные средства автоматически (весь невостребованный остаток хранится на счете подразделения ФССП), но из-за бюрократических проволочек этого чаще всего не происходит. Тогда человеку следует обратиться к приставам с заявлением о возврате излишне списанных средств, приложив к нему банковские выписки. Займет такое разбирательство до полугода.

Сложнее доказать незаконность взыскания, когда речь идет о мошеннических действиях, ​например, на имя гражданина без его ведома взяли кредит, а потом по нему скопился долг, говорит Павел Медведев.

Сначала мнимому должнику придется доказать незаконность сделки, на основании которой возникло долговое обязательство.

«Подобные дела стоят больших физических и моральных затрат и могут длиться несколько лет», — говорит Медведев.

Если суд признает несостоятельность сделки, то с его постановлением уже нужно обращаться к судебным приставам.

«Если в адрес взыскателя приставы уже что-то взяли, то человек может требовать возвращения этих денег с той организации, на счет которой происходили выплаты (банк, предприятие ЖКХ и т.д.)», — поясняет Григорий Колесников.

Более того, теоретически гражданин может поставить вопрос о взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами.

Согласно Гражданскому кодексу, основанием для начисления процентов является в том числе неправомерное удержание денежных средств и неосновательное получение или сбережение денежных средств за счет другого лица. Размер процентов равняется ключевой ставке ЦБ (сейчас составляет 8,25% годовых). Но, по словам Павла Медведева, на практике добиться этого сложно.

Адвокаты предупреждают: обжалование действий не приостанавливает исполнительного производства. То есть пока должник будет разбираться в правомерности взысканий, с его счета продолжат списывать деньги. Поэтому потребуется подать отдельное заявление о приостановлении взыскания либо судебным приставам, либо в суд.

Александра Посыпкина

Источник: https://www.rbc.ru/money/14/12/2017/5a2fda589a79477c73f756f7

Об ответственности за ненадлежащее оказание юридических услуг

Правомерно ли адвокат требует деньги?

Анекдот из реальной жизни:

Приходит клиент, которого не устраивают его нынешние юристы. Спор у него есть с контрагентом, его нынешние юристы предъявили иск.

Изучаем документы – видим, что доказательств для выигрыша дела совершенно недостаточно (вот совсем-совсем-совсем недостаточно и, более того, когда мы спрашиваем о возможности их найти у клиента.

тот смотрит на нас удивленными глазами и даже не знает, где взять нужное), но иск зачем-то предъявили, хотя не было никаких причин торопиться, да и требования сформулрованы совершенно безобразно (ну это-то, ладно, поправимо). К счастью, обнаруживаем, что иск оставлен без движения.

Радуем клиента, что не надо ничего делать, исковое и так вернется. На это клиент с детской непосредственностью отвечает, что только что отнес в суд документы во исправление недостатков! Ругаемся матом; экстренно – чтобы судья не успел принять исковое к производству – пишем заявление о его возврате, сдаем.

.. Получаем определение о принятии дела к производству. Звонок помощнику судьи: “Дескать, что за дела?”, та отвечает: “А от юристов клиента (тех самых – старых, клиент оказался очень деликатным и никак не мог сообщить им об отказе от их услуг) пришло письмо, что они ни от чего не отказывались”… Занавес.

Вот в связи с планируемой адвокатской монополией утверждают, что клиенты адвокатов намного лучше защищены от некачественной работы юристов, чем клиенты неадвокатов – адвоката могут к дисциплинарной ответственности привлечь…

Не комментируя истинность этого высказывания, озадачился, а где та граница, которая отделяет действия, за которые юриста можно и нужно привлекать к ответственности, от действий – пусть и неправильных, но представляющих собой, скажем так, допустимую меру профессионального риска?

Понятно, что есть нарушения, которые явно должны влечь ответственность, в первую очередь – сознательные действия во вред доверителю, в том числе вследствие “коррупции” юриста противной стороной.

Также очевидным довольно является нарушение типа “взял деньги и ничего не сделал”. За это и сейчас к гражданско-правовой ответственности привлекают.

Но вот что касается нарушений не злоумышленных – где тот критерий самоочевидности действия, чтобы за него можно было привлекать к ответственности? Ведь, например, осуждать за неправильный выбор способа защиты далеко не всегда обоснованно, особенно с учетом того, что в нашем праве огромное количество случаев, когда нет устоявшегося одного-единственного правильного способа защиты. Я могу считать правильным один, а судья – другой, при этом судья может быть неправ, но решение все равно останется без изменения – бывает.

Например, я до недавнего времени не мог определиться, считать ли взыскание подрядчиком стоимости выполненных и принятых заказчиком работ при несогласованности условия о сроке выполнения работ взысканием неосновательнго обогащения или все-таки взысканием по договорному обязательству.

То есть понятно, что платить надо, но по каким нормам. Сейчас – после ВАСовского обзора по незаключенности договоров – ясно, что по нормам о договоре подряда, но раньше это не было очевидно. Будь у нас строгая состязательность со связанностью суда правовым основанием иска.

заявленным истцом (за что я лично двумя руками “за”) – это бы имело значение. Можно ли было в такой ситуации требовать от юриста, пошедшего неправильным путем.

возврата денег, повторного выполнения юридических услуг, а если за время суда по неправильным основаниям истек срок давности по требованиям – так и вовсе требовать возмещения убытков? Не уверен.

Поэтому основания для ответственности юриста долдны быть какими-то более очевидными: то, что любой должен сделать в таком деле.

Навскидку приходят в голову нарушения процессуальных сроков: если юрист пропустил срок обжалования судебного акта, то за это его можно и нужно привлекать к ответственности. То же, наверное, относится и к пропуску сроков давности по вине юриста. 

Можно, наверное, посмотреть и с другой стороны и говорить, что явным нарушением своих обязанностей юристом является незаявление им об истечении срока исковой давности или о несоразмерности неустойки по ст.333 ГК.

Какие еще нарушения достаточно очевидны. чтобы за них наказывать?

P.S.: кстати, действия старых юристов в связи с поступлением в суд заявления о возврате искового заявления, описанные в начале заметки, считаю правильными, но с одной важной оговоркой: прежде чем делать это, они должны были связаться с доверителем и узнать у него, не отзывал ли он иска, а если отзывал, то почему.

Источник: https://zakon.ru/Discussions/ob_otvetstvennosti_za_nenadlezhaschee_okazanie_yuridicheskih_uslug/40081

Адвокат просит деньги

Правомерно ли адвокат требует деньги?

Практически везде и всюду приходится слышать удивительные по своей глупости байки – как среднестатистический Вася сунул денег адвокату, адвокат – сунул их судье и дело «выиграли». Я уже писал о том, почему каждое проигранное дело воспринимается как «подкупленное» и от чего суд клеймят в продажности по поводу и без, но сегодня хочу остановиться на уголовных делах.

Когда я слышу подобную схему, то в первую очередь прошу подробностей: что за статья, судим-не-судим ранее, признал-не-признал вину, сколько просил адвокат? Почему-то поголовно все «бравирующие» подкупом и суда и прокурора все же остались с условным сроком и судимостью и свято уверены, что «взятку» отдали исключительно за спасение от тюрьмы.

Когда пытаешься пояснить, что по таким статьям не садятся, тут же мне «рассказывают как оно по жизни». Что-либо объяснять таким хомячкам бесполезно – человек, который ни разу не давал взятку и не имеющий ни малейшего представления о работе судов и полиции готов спорить до хрипоты в голосе, что «купить судью – это как буханку хлеба в магазине, главное адвокат правильный».

А теперь послушайте, как оно все происходит.

«Готовь бабки – все решим»

Типичный подозреваемый-обвиняемый не с самого социального дна (читать – имеющий немного денег), поимевший проблемы с законом, до последнего суетится с бесплатным адвокатом по назначению.

Ведь дали же бесплатно? Экономия! «Бесплатный» адвокат особенно не напрягается, особенно если вина все же есть.

А вот уже перед судом-таки наш «жулик» решает раскошелиться на что-нибудь условно-приличное.

Ошибка номер раз: нормальный адвокат весь максимум «плюшек» обеспечивает именно на следствии. Если дело уже в суде с вашим признанием, то остается лишь справочки приложить о личности жулика – сколько иждивенцев и какой он хороший.

Обычно последней надеждой становится какой-нибудь молодой адвокат из другого города. Наглый, амбиционный. Ведь местные, как считает «привлеченец», все в одной упряжке с судом и полицией и жаждут его посадить. Зачем только посадочное дело адвокату?!

Тут сразу срабатывает еще один маркер нелогичности: КАК левый адвокат, впервые видящий и судью и суд, сможет что-то решить? Если и есть какие-то коррупционные связи, то они должны быть в узком круге среди тех, с кем водку пьют и кому доверяют – то есть среди давно и плотно работающих участников процесса! Но подсудимому виднее – залетный юристик, как он считает, сможет договориться чуть ли не с Президентом с порога – ведь он «знает где чего мутить».

Адвокат вступает в дело (обычно уже после его захода в суд), знакомится с ним и выдает:

1. Все развалим, тебя оправдаем, дело сшито белыми нитками, давай гонорар. Это в целом почти честный адвокат, который скорее всего знает, что шансов нет, но просто зарабатывает деньги. Ведь если сказать, что клиенту ничего не светит – кто же ему денег даст? Увы, очень много современных юристов работает именно так: пообещать, а потом развести руками. 2. Дело плохо, нужно платить. И адвокату, и прокурору, и судье. Адвокат узнает и скажет сколько. Договорится. Привлечет «нужных людей». Вот тут расстроенный клиент совсем сникает и с ужасом ждет «приговора» своему кошельку.

Ну а далее все зависит от платежеспособности клиента и тяжести статьи. По делам, где реально клиенту сидеть, такие деятели никогда денег не берут – ведь когда клиенту объявят реальный срок, он тут же в зале сдаст адвоката с потрохами. Прецеденты были, когда подсудимый во весь громкий голос орал на адвоката, что он ему –дцать тысяч же отдал, чтобы он их этому *кивок на судью* отдал.

Если дело очевидно пахнет условкой, то далее называется некая сумма, разброс которой завязан исключительно на возможностях клиента.

Один деятель с адвокатскими корками (коих он почетно лишился через несколько месяцев), умудрился обуть попавшего по ст. 264.1 (управление ТС лицом, лишенным прав за пьянку или же повторное управление в пьяном виде) сельского мужика на 70 тысяч рублей, которые «решала» якобы должен был отдать судье и прокурору.

Притом мужик хотел лишь отстоять свои водительские права, но «опытный юрист» убедил его, что ему сидеть минимум год и надо срочно спасать свободу, черт бы с ними, с правами.

Почему в 9 из 10 случаев такие решалы – обычные мошенники

Периодически в прессе выплывает информация об очередном задержанном адвокате. Сердобольные граждане, поев острого хрена от столь наглых схем вымогательства бабла, идут в ФСБ и прочие органы, сдавая вымогателя с потрохами. И правильно делают.

На выходе – адвоката берут тепленьким, а идет он по статье за мошенничество. Но люди негодуют – как же так, ведь он же брал судье, почему того не взяли?! Да потому что никто судье денег не давал и не собирался! И вообще знать не знал.

Увы, 90% таких вот «решателей» – обычные жулики, которые наживаются на правовой неграмотности подсудимых.

· Они достоверно знают, что «клиент» получит условку и умышленно вводят его в заблуждение, запугивая и стращая реальным сроком. · Клиент дает деньги и верит, что «засылает» их в суд.· Адвокат «выигрывает дело» – его подопечный получает условку.

Все! Главное – не перестараться с суммой и не прошляпить какую-нибудь судимость, за которую дадут реальный срок. Именно слишком крупная сумма часто губит этих Остапов Бендеров – клиент, осознав отсутствие денег и шансов, идет сдавать взяточника. Садиться – так под фанфары, как говорится, вместе с адвокатом, судьей и прочими. Но, внезапно, адвокат в этой схеме оказывается первым и конечным.

Подобные *не буду ругаться матом* позорят не только адвокатский статус и профессию юриста, но и судебную систему в целом. Что лично я бы такие действия, вдобавок к мошенничеству, считал бы отдельным составом и судил бы по всей строгости.

Ведь отдавший таким «решалам» деньги человек, который бы и так остался на свободе, уверен – раз он (никто и звать никак, голь перекатная) смог на последние гроши типа «подкупить» судью, то что же творят другие?!

И невдомек ему, что:

Первое. В век Ютубов, диктофонов и демонстративной охоты на мелких ведьм… простите – коррупционеров левый человек не сможет просто так взять и сунуть кому-то из серьезных чинов денег. Второе. Средняя ежемесячная зарплата опытного судьи районного звена – от 100 тыс. рублей, прокурора – чуть-чуть поменьше, судьи областного суда – от 150 тысяч. Можете открыть сведения о доходах на любом сайте суда и убедиться. Вы реально верите, что за 50-100 тысяч рублей, которые вытягивает адвокат, все эти чины радостно «подставятся»? Посмотрите чтоль реальные случаи задержания судебно-прокурорских чиновников и на фигурировавшие там размеры взяток… Третье. Даже если прокурор «закроет глаза» и попросит меньший срок, даже если судья необоснованно назначит минимум – есть областная/краевая прокуратура, которая обязательно «нагнет» нижестоящего прокурора на жалобу. А вторая инстанция не очень нежно погладит по голове судью, который вынес необоснованно мягкий приговор. Ах, адвокат сказал что 100 тысяч хватит на всех? Ну-ну.

Помните, что чем ближе суд – тем меньше у юриста простор для работы. “Отмазать” же от того, что вы очевидно совершили, может быть и возможно, но в вашем случае вы лишь отдадите деньги за иллюзию работы. Лучше заплатите их нормальному адвокату, который умеет работать по закону.

Нашли материал полезным? Жду «лайк» и подписку на канал.

Источник: https://zen.yandex.ru/media/vsude/advokat-prosit-dengi-na-vziatku-v-sud-korrupciia-ili-obman-5c464869c7497200ae46b486

Юриста совет
Добавить комментарий