Молодой человек заразил гепатитом B, можно ли подать в суд на него?

Роддом заплатит компенсацию морального вреда и потребительский штраф за заражение роженицы гепатитом С

Молодой человек заразил гепатитом B, можно ли подать в суд на него?

Роддом не смог доказать свою непричастность в заражении своей пациентки гепатитом С.

Суд – фактически применив “бритву Оккама” – признал медучреждение виновным в оказании некачественной медуслуги и присудил молодой женщине треть миллиона рублей в виде компенсации морального вреда (апелляционное определение Судебной коллегии по гражданским делам Нижегородского областного суда от 11 декабря 2018 г. по делу № 33-14830/2018).

Пациентка узнала о своем заражении гепатитом, когда через полтора месяца после родов (путем кесарева сечения) “загремела” в больницу с желтухой, где ей и диагностировали гепатит С. Во время беременности она была здорова (антитела к гепатитам в крови беременных контролируются каждый триместр). Стало ясно, что заражение произошло совсем недавно.

Тогда молодая мама предъявила иск о возмещении морального вреда из-за некачественных медуслуг сразу ко всем медорганизациям, в которые она обращалась в “подозрительный” период: в государственный роддом, где она рожала ребенка, в частную гинекологию, где у нее брали мазок и осматривали незадолго до родов, и в стоматологическую клинику.

Стоматология “отбилась” от обвинений почти сразу же: зубные врачи доказали, что они лишь осмотрели ротовую полость пациентки, абсолютно никаких инвазивных процедур не проводили, а следовательно, заразить гемоконтактными гепатитом они никак не могли – при стоматологических осмотрах отсутствуют пути заражения вирусом.

Частная гинекология доказала, что осмотр проводился и мазок брался одноразовыми инструментами, поэтому самой возможности заражения гепатитом категорически не было. Кроме того, источника инфекции ни у медиков, ни у иных пациентов этой гинекологии не обнаружено.

Ну и роддом, в свою очередь, заявил, что возможность заражения вирусом при родоразрешении и нахождении в стационаре исключена, потому что при оказании истцу медицинских услуг не нарушались законодательство и обязательные требования.

Однако выяснилось, что в тот же день, когда истица родила ребенка, в роддоме рожала и другая роженица, с подтвержденным хроническим гепатитом С с умеренной биохимической активностью.

Возможности заражения от нее гепатитом через родовые пути, по правде говоря, абсолютно не было: она рожала позже истицы, и была хоть и в том же родовом зале, но час спустя. Однако и ей акушеры сделали операцию кесарева сечения.

А после обе женщины находились в одном отделении анестезиологии и реанимации, и обслуживали их одни и те же медсестры.

Роддом – как и полагается – провел эпидемиологическое расследование заболевания парентеральным вирусным гепатитом “своей” родильницы. Специальная комиссия проверила всю медицинскую документацию и установила:

  • связь заболевания острым вирусным гепатитом С с проведенными ей медицинскими манипуляциями в акушерском физиологическом отделении (до родов) не установлено;
  • потенциальных источников инфекции, больных и носителей вируса гепатита С среди персонала отделения анестезиологии и реанимации комиссией нет;
  • все манипуляции проводились медперсоналом в стерильных перчатках после гигиенической обработки рук одноразовыми изделиями медицинского назначения и стерильным расходным материалом;
  • на момент обследования нарушений дезинфекционно-стерилизационных мероприятий не выявлено;
  • внутримышечные и внутривенные инъекции в послеоперационном периоде проводились этим двум пациенткам в разное время, соблюдалась очередность по СП 3.1.3112-13, перед каждой процедурой проводилась гигиеническая обработка рук по инструкции к кожному антисептику, соблюдались и требования асептики и антисептики при работе со стерильным материалом, и требования по дезинфекции и утилизации медицинских отходов класса Б;
  • следовательно, не установлен факт эпидемиологической связи инфицирования вирусом гепатита С между предполагаемым источником инфекции в виде роженицы с гепатитом С и предположительно заразившейся от нее истицы, при условии одновременного пребывания в отделении анестезиологии-реанимации, получения одноименных медицинских манипуляций через медицинский инструментарий и другие изделия медицинского назначения в отделении, операционной, процедурной и т. д.

Таким образом, и перед судом, и перед экспертом (судом были назначены комплексная, а потом еще дополнительная экспертизы) стояла крайне сложная задача.

Вопросы эксперту были сформулированы так: возможно ли заражение истицы при ведении беременности в частной гинекологии, лечении зубов и при родоразрешении в роддоме при совместном и раздельном нахождении в палате с носителем вирусного гепатита “С”? Если да, то в какой из указанных организаций произошло заражение?

Между тем, в деле появился еще один документ – акт эпидемиологического обследования роддома сотрудниками Роспотребнадзора. Обследование имело место через неделю после того, как истица узнала о своем заражении гепатитом. В этом акте зафиксированы небольшие нарушения дезинфекционно-стерилизационных мероприятий:

Источник: https://www.garant.ru/news/1257345/

«Когда у меня обнаружили гепатит С, я сказала мужу: «Ищи себе новую жену…»

Молодой человек заразил гепатитом B, можно ли подать в суд на него?

Пять красивых улыбчивых женщин в кафе в центре Минска. На столе – десерты, чай и никакого алкоголя: вирус в крови диктует и диету, и отношение к жизни.

Три из пяти на терапии: у Иры только отрастают волосы, Алена и Катя предупреждают, что им сейчас сложнее сосредоточиться… Лечение гепатита С – это, фактически, химиотерапия.

Пока они перешучиваются о болезни и врачах, я думаю, что не удивилась бы диагнозу у себя или друзей. Я хожу к стоматологу, косметологу, причем на маникюр и к парикмахеру даже на дом, а это – особый риск.

Болезнь может протекать бессимптомно, ну разве что усталость, от еды может быть тошнота, а после алкоголя – похмелье очень, слишком тяжелое… Знакомо многим, верно? И кто после этого пошел проверяться на гепатит?..

Чтобы не было новых случаев, а заболевшим помогли вылечиться, люди, объединенные до того только форумом, создали организацию «Вместе против гепатита». И согласились рассказать свои истории.

«Зная о диагнозе, я родила здоровую дочку»

Ирина, 28 лет, о болезни узнала пять лет назад.

– Я родила долгожданного первенца и через два месяца пришла к врачу: жаловалась на тошноту, слабость … Получите, распишитесь: острая форма гепатита С. Я была в шоке, вот моя карта беременной – все в порядке! Эти два месяца я сидела дома. Не была ни в парикмахерской, ни у стоматолога! «Не может быть», сказали мне. «Вы просто забыли». Что я скажу?… Гепатита не было – теперь он есть.

Врач объяснила так: эта болезнь приводит к раку, циррозу и смерти (девушки за столом смеются и кивают: примерно так объяснили всем. – Авт). Я была в шоке. Вернулась домой и сказала: извини, дорогой, но тебе нужно искать другую жену. У тебя еще будет полноценная семья, дети…

Муж терпел все те месяцы, пока проходила моя адаптация к болезни. Сейчас мы научились с ней жить. Я родила здоровую девочку, хотя врачи советовали сделать аборт. Было много негатива. Врач в гинекологическом отделении, читая мою карту, говорила: “Так, гепатит С… Наркоманка, что ли?” Все это очень задевало.

О лечении мне сказали так: «Говорят, гепатит лечится, но у вас, наверное, нет столько денег. Поэтому вот вам диета – соблюдайте!». Первые два года я просто ничего не делала. Только на форуме для таких же больных я узнала, что гепатит лечится. Сейчас я на терапии, 33 из 48 недель позади.

«Я не лечусь, и это осознанное решение»

Снежана, 39 лет, узнала о болезни три года назад.

– Мы попали в аварию. Муж разбился насмерть, меня привезли в больницу под Бобруйском. Я успела сказать группу крови и подписать бумагу на переливание. Потом меня отправили в Минск. Врачам я очень благодарна, меня собрали по частям… В Минске делали анализ на гепатит – отрицательный. Через полгода повторный – положительный. Операции? Переливание крови? Скорее всего. Но доказать невозможно.

Я не лечусь. У меня трое детей, я должна их содержать. Не бедствую, но нет возможности собрать несколько тысяч долларов. Поэтому мой вынужденный выбор – не начинать лечение.

Конечно, я предупреждаю стоматологов, контролирую свое состояние, соблюдаю жесткую диету, никакого алкоголя… Мне сказали, что лет через 5 могут уменьшиться цены на лекарства, или появятся новые, или государство поможет. Других вариантов я не вижу.

ФАКТЫ И МИФЫ О ГЕПАТИТЕ

МИФ. Гепатит С не лечится

Лечится, хотя выздоравливают не все. Но если вирус удалось победить, то человек полностью здоров. Другое дело, не все готовы его лечить и по финансовым, и по личным соображениям.

Есть две реакции на диагноз. Первая – шок, жизнь кончена. На форуме больных гепатитом девушка написала, что отказалась выходить замуж, боится заразить мужа, родить больного ребенка. И не начинает лечение: ее убедили, что это просто выброшенные деньги.

Второй тип реакции: человек не меняет образ жизни, пьет алкоголь, не соблюдает диету, никому не говорит о диагнозе. Ходит в стоматологию, на педикюр-маникюр. Он – живой источник опасности и будущий клиент больницы с циррозом печени.

– Я сдавала анализы перед операцией, и обнаружился гепатит. Откуда он, я не знаю, – 34-летняя Алена узнала о болезни в начале этого года.

– Я думала, что умру, и никогда не будет мужа, детей… Попала на форум, где за два дня меня откачали. Сейчас я прохожу лечение. Мне выпал счастливый билет – третий генотип вируса, лечение дешевле и проще.

Я замужем, через три месяца заканчиваю терапию. Вирус уже не обнаруживается в крови, надеемся, все будет хорошо.

Если анализ положительный – не паникуйте, не отчаивайтесь. Приходите на форум, или в объединение: вас поддержат люди, которые сами через это прошли или проходят.

ФАКТ. Лечение за $13 тысяч многим недоступно

По подсчетам больных, лечение первого генотипа гепатита С, самого распространенного, стоит минимум $12,5 тысяч. Еще до 1000 уходит на анализы. Другие генотипы стоят меньше, например, третий – $ 5 тысяч.

– Я знаю девушку в Брестской области, она живет одна с ребенком и не лечится. Для нее это нереальные деньги, – говорит Снежана. – Пока государство не будет финансово поддерживать, ситуация для людей, особенно из регионов, не изменится.

В России во многих областях гепатит лечат за счет бюджета. В Украине и Казахстане – компенсируют часть лечения, в Грузии – делают его дешевле на 60%.

– У нас пока нет госпрограммы по гепатиту С. Но если сядут за стол переговоров чиновники, врачи, пациенты и представители фарм-компаний, можно снизить цену на препараты, – считают в организации. Найти вариант беспроцентных кредитов, рассрочек.

Есть и хорошие новости. Во-первых, объединению удалось договориться с двумя лабораториями в Минске на скидку 20 – 25% на анализы, которые касаются гепатита С и его лечения.

Во-вторых, осенью в Беларуси ждут российский препарат, который снизит стоимость лечения до $8 – 9 тысяч. Сейчас больные ездят за ним в Россию, чаще всего в Смоленск, и возят домой в термосумках.

МИФ. Вирус передается через все

Вирус гепатита С передается только через кровь. Вирус НЕ передается: воздушно-капельным путем (разговор, чихание, со слюной и т. д), при рукопожатии, объятиях, пользовании общей посудой.

– Мы живем обычной жизнью. Можно есть из одной тарелки, целовать детей и мужа… Многие пары живут годами, не заражают друг друга, не заражают детей, – говорит Ирина.

Этот миф доставляет много неприятных эмоций больным гепатитом. Инфекционисты, конечно, знают о болезни все. Но не всегда так же информированы врачи других направлений, а уж тем более посторонние люди, коллеги по работе.

ФАКТ. Можно заразиться при маникюре или тату

Раньше чаще заражались инъекционные наркоманы, сейчас растет процент других способов передачи.

– Нас пять женщин, и никто из нас не кололся. У всех были операции, переливание крови, роды… – объясняет Ирина.

– …или мы не знаем, откуда болезнь, – вступает в разговор Катя. – Бытовой способ довольно редкий. Но он возможен. Например, стоматология или косметологический кабинет. Человеческий фактор, плохо обработали инструменты… Капля крови, порез. Использование одной бритвы, зубной щетки… Риск есть всегда.

– Когда я вижу маникюрные столики у нас или за границей, я прихожу в ужас, – говорит Ирина. – Это огромная опасность, как и татуировки или пирсинг неизвестно у кого.

Мнение девушек подтверждают и врачи, и официальная статистика (см. БУДЬ В КУРСЕ!).

ПОЛЕЗНЫЕ АДРЕСА

www.antihep.by – сайт общественного объединения «Вместе против гепатита», созданного в апреле 2014 года. Совместными усилиями пациентов, чиновников и врачей они надеются снизить заболеваемость, добиться доступных цен на лечение, оказывают психологическую и консультационную поддержку.

http://forum.by-hepatit.net – форум для больных гепатитом.

СПРАВКА «КП»

В мире пять видов гепатита. А и Е передаются через загрязненную воду и продукты. B, C и D – через кровь и другие жидкости тела, в которые попала кровь.

Больше всего (70%) в Беларуси болеют гепатитом С. Это инфекционное заболевание печени, развивается незаметно, без симптомов, чаще всего переходит в хроническую форму.

ТОЛЬКО ЦИФРЫ

В прошлом году в Беларуси выявлено 7 тысяч больных разными типами гепатита. Для сравнения: заразившихся ВИЧ – 1,5 тысячи.

В середине 2013 года в Беларуси было около 40 тысяч зарегистрированных больных гепатитом С. На начало этого года – около 45 тысяч. По оценкам ВОЗ рост заболеваемости в нашем регионе 9 – 12% в год.

БУДЬ В КУРСЕ!

Как в Беларуси заражаются гепатитом С:

КОММЕНТАРИЙ ЭКСПЕРТА

– На сегодняшний день отмечается существенное снижение острых форм гепатита.

Но количество больных с хроническими гепатитами, которые выявляются впервые, отмечается определенный рост, – говорит Людмила Жмуровская, завотделением вирусассоциированных циррозов печени Городской клинической инфекционной. – Не потому, что так плохо все, а потому, что население начало более тщательно обследоваться.

Источник: https://www.kp.by/daily/26261.7/3139467/

Большинство больных гепатитом С заразились им случайно – МК

Молодой человек заразил гепатитом B, можно ли подать в суд на него?

«Ласковый убийца» грозит каждому

«Если б не гепатит, я бы не узнала жизни»

По экспертным оценкам, в мире гепатитом С больны 170–180 млн человек. Это больше населения России. Но многие и не подозревают, что больны, — специфических проявлений гепатита С не существует. Разве что астения.

Но кто не чувствовал усталости, не жаловался на плохой аппетит, дискомфорт в животе, плохое настроение, недомогание?.. При этом вряд ли хоть кто-то подозревает, что это могут быть симптомы гепатита С. У большинства же людей эта болезнь не проявляется никак и дает знать о себе лет через 20–30.

Причем часто уже на стадии фиброза или цирроза печени, как это произошло с Ниной.

Много лет назад она сделала «женскую» операцию. Еще она лечила зубы, ходила на педикюр, удаляла вены на ногах. В общем, как и все мы, вела рискованный с точки зрения заражения гепатитом С образ жизни.

Через какое-то время у женщины начали болеть суставы пальцев. Врач на жалобу внимания не обратила. «Я привыкла следить за здоровьем, моя мама была кандидатом медицинских наук, а дедушка — проректором мединститута.

Анализы на гепатит С сдала по страховке на работе — и у меня выявили антитела. Врач из поликлиники сказала, что гепатит «свежий». Лишь из Интернета я узнала, что нужно сдать биопсию, — она и показала, что у меня начальная стадия цирроза.

То есть я болею, скорее всего, лет 20–30, и нужно срочно лечиться», — рассказывает Нина.

48-недельный курс лечения стоил около 600 тысяч рублей. Таких денег у Нины не было. Но из Интернета она узнала о начале клинических исследований новой схемы лечения (в ней к курсу лечения добавлялся новый препарат) и решила стать добровольцем. Но…

бесплатно давали лишь новое лекарство, а остальные два — за свой счет. То есть за те же 600 тысяч. «Вроде живешь здоровым человеком, а тут выясняется, что у тебя болезнь «наркоманов и проституток». И оплачивать лечение никто не будет.

Чудом удалось выбить квоту на первое время, но через 8 уколов лимит кончился, и сказали: либо плати сама, либо не лечись», — продолжает Нина.

Женщина взяла кредит, работала как лошадь, покупала самые дешевые лекарства через Интернет (даже без инструкции на русском!). Лечение оказалось тяжелым испытанием не только для финансов: кружилась голова, путались мысли, выпадали волосы, появился кашель, по телу пошла сыпь…

Сначала вирус из крови исчез, но через 24 недели вернулся. Врачи сказали, что терапия неэффективна, и прекратили ее. «Самое эффективное лечение мне не подошло, и я жду, когда в 2015 году в стране зарегистрируют новый препарат. С работы меня уволили, когда узнали о диагнозе.

Два года я добивалась инвалидности — дали на днях, да и то чудом: у меня пошла кровь носом прямо при комиссии. Зато с болезнью я стала больше ценить жизнь. Возможно, если б не гепатит, я бы и не начала жить по-настоящему. Добрые дела нельзя откладывать, надо жить так, чтобы не было стыдно.

Настанет момент, когда я не смогу подняться по лестнице, поэтому я ценю то, что есть сейчас. Да и вдруг в отпущенное мне время в медицине случится прорыв?..» — рассуждает Нина.

Потерянные пациенты

При любом гепатите клетки печени гибнут и замещаются соединительной тканью, которая не может выполнять ни одной из пяти сотен функций этого важного органа. Вирусных гепатитов известно сегодня как минимум 5. А и Е передаются через пищу и воду. С, D и В — через кровь и при половых контактах.

Гепатит С (этот вирус был открыт лишь в 1989 году) имеет крайне неприятную особенность — в 80% случаев он переходит в хроническую форму. Это самый высокий показатель среди всех вирусных гепатитов. Например, при гепатите В лишь 5 из ста пациентов становятся «хрониками».

С 1999 года заболеваемость хроническим гепатитом С (ХВГС) в России выросла с 12,9 случая на 100 тысяч населения до 39,9 на 100 тысяч. Только в одной Москве ежегодно регистрируют по 5 тысяч новых случаев ХВГС.

«Раньше мы ежемесячно выявляли 1–2 больных раком печени в исходе гепатита С, сейчас — еженедельно», — говорит главный гепатолог минздрава Московской области, заведующий гепатологическим отделением КДО МОНИКИ Павел Богомолов.

Хроническая болезнь чревата развитием фиброза печени, который может перерасти в цирроз и далее в рак печени. Кстати, причина каждого третьего цирроза и каждого четвертого рака печени — именно гепатит С.

«Так что цирроз печени у нас в стране часто связан с гепатитом С», — говорит заведующий научно-консультативным клинико-диагностическим центром Центрального НИИ эпидемиологии Роспотребнадзора Владимир Чуланов.

Частота выявления вируса среди условно-здоровой популяции, как показали исследования, составляет 4%. «Иными словами, вирусный гепатит С можно предположить у 6 миллионов россиян. Выявлено же из них чуть больше 2,5 миллиона», — говорит доктор Чуланов.

https://www.youtube.com/watch?v=5Rj4WjoZSz4

Выявляют эту болезнь у нас довольно активно. Однако если в других странах больные, узнав о диагнозе, тут же встают на учет, у нас из 2,5 млн зарегистрированных больных лишь 18% (469 тысяч) стоят на диспансерном наблюдении. «В США, например, 80% выявленных наблюдаются, у нас же пациенты исчезают из поля зрения врачей», — говорит Чуланов.

Почему? Например, больного «отловили» на станции переливания крови — но сообщать ему об этом по телефону никто не обязан. Данные передаются в поликлиники — но и там пациентов разыскивать не стремятся. И если человек не придет на донацию, он так и останется в неведении о своей болезни. И может узнать о ней лишь через несколько лет — и тоже случайно.

Кроме того, в России пока не создан регистр больных гепатитом С — он помог бы отслеживать судьбу всех больных. Работа по его созданию ведется, но это дело не быстрое. Ну и еще одна причина — сами пациенты недооценивают опасность своей болезни. В обществе представление о гепатите С искажено: болеть им стыдно, да и о последствиях мало что известно.

Портрет пациента с ХВГС выглядит примерно так: в 70% случаев это человек 18–45 лет, в 60% случаев — мужчина. У мужчин заболевание прогрессирует быстрее. А также у пожилых людей, пациентов с ожирением, алкоголиков, ВИЧ-инфицированных.

Опасности маникюрного кабинета

Подцепить гепатит С можно где угодно. Проще всего — в медицинском учреждении, например, во время операции или у стоматолога. А также на маникюре, пирсинге, в парикмахерской. Заразиться этим вирусом в тысячи раз легче, чем вирусом СПИДа. И даже если на маникюрных инструментах не видно чужой крови, это совсем не значит, что опасности заражения нет.

Как рассказывают санитарные врачи, в парикмахерских нередко царит полный бардак. К примеру, ножницы стерилизуют секунд 30. А убивать вирус нужно минимум полчаса, да еще и под специальной лампой, а до этого их нужно хорошенько помыть со специальным порошком.

Маникюрный инструмент нередко вообще не стерилизуют (его тоже нужно обрабатывать при высоких температурах под давлением продолжительное время)…

Опасность может поджидать и в кабинете стоматолога. «Например, на упаковке инструмента для обработки зубного канала с алмазным напылением написано «Для одноразового применения», но он такой дорогой, что его используют многократно.

Когда вы садитесь в кресло, стоматолог при вас должен достать наконечник для бормашины из стерильной упаковки.

Но нередко бывает так, что наконечник уже установлен — его лишь протерли спиртом после предыдущего пациента», — признается Чуланов.

Риск заражения половым путем невысок — 2–5%. «Куда больше риск заразиться у людей, которые перенесли какую-либо операцию или получали донорскую кровь, особенно до 1990-х годов, когда на гепатит С никого не проверяли», — продолжает Чуланов.

Хватит чистить печень!

Раньше гепатит С считали неизлечимым заболеванием. Сейчас он, в отличие от гепатита В, перешел к разряду полностью излечимых. В 1992 году эффективность лечения составляла менее 10%, сейчас приближается к 100%. Препараты подбирают индивидуально, с учетом генотипа вируса.

Чаще всего у нас встречается генотипы 1b (в Москве — 50,6% больных) и 3a (35%). Раньше первый генотип считался наиболее трудноизлечимым, сегодня справиться с ним помогают новые лекарства. Два из них зарегистрированы в прошлом году, еще одно — в этом, следующие ожидаются в 2015 году.

Новые схемы позволят излечивать болезнь быстрее, и у большинства — за 3–6 месяцев, а не 1–1,5 года, как раньше. Однако курс лечения оценивается порой в несколько миллионов рублей. И лечение для пациентов — платное.

В стационарах лекарства можно получить бесплатно (и то не всегда), но после выписки придется оплачивать терапию самим, то есть покупать назначенные врачом препараты. А врачи нередко назначают им «пустышки».

«Позор, но людям с гепатитом С у нас нередко выписывают гепатопротекторы, обладающие единственным действием — обогащать карман производителей. Это глобальное шарлатанство! Многие из них нигде, кроме РФ, не продаются. В прошлом году гепатопротекторов в России продано на 12,9 млрд руб., а эффективных противовирусных препаратов — на 2,9 млрд», — возмущается доктор Богомолов.

Принимая гепатопротекторы, пациенты с гепатитом С только теряют время. Чем дальше зашла болезнь, тем дороже ее лечить. «Если лечение гепатита С противовирусными препаратами стоит от $500 до $15 тыс. в год, то на стадии цирроза печени — уже около $30 тыс., а трансплантация печени многократно дороже — от $120 тыс. только за операцию плюс пожизненная иммуносупрессия», — подсчитал Богомолов.

Еще один важный момент — лечиться нужно далеко не всем людям с гепатитом С! «По статистике, примерно у 80% пациентов с гепатитом С никогда не сформируется цирроз или рак печени, и они будут жить до старости, но у 20% будет цирроз печени.

Наша задача — выявить и вылечить в первую очередь эти 20%, — рассказывает Богомолов. — Не требуется особых рекомендаций по образу жизни для пациентов с гепатитом С. Тем более каких-либо ограничений физических нагрузок.

Никаких диет при заболеваниях печени не существует. Конечно, если помимо гепатита С нет других болезней, при которых требуется диета. Разве что снижение веса позитивно влияет на течение болезни. Даже алкоголь в малых дозах не противопоказан.

И от кофе не надо отказываться — но это должен быть настоящий кофе, а не «пыль бразильских дорог».

В Подмосковье, как отмечает Богомолов, проблема с финансированием лечения пациентов с гепатитом С решена за счет средств ОМС (с начала года на противовирусное лечение в учреждения здравоохранения Московской области направлено 858 пациентов). Тем временем защитники пациентов добиваются бесплатного лечения для всех больных гепатитом С.

— То, что люди болеют гепатитом, — проблема государства, и лечить больных оно обязано бесплатно, — считает Никита Коваленко, активист пациентской организации «Вместе против гепатита».

Никита уверен и в том, что россиян нужно массово обследовать на все вирусные гепатиты: «В прошлом году мы провели акцию по бесплатному тестированию в Москве.

И среди обследованных больных гепатитом С оказалось 7%. В то же время исследование осведомленности показало, что 86% респондентов имеют слабое представление о гепатите С. А знать — должны.

Потому что это может коснуться каждого из нас».

Источник: https://www.mk.ru/social/2014/07/18/bolshinstvo-bolnykh-gepatitom-s-zarazilis-im-sluchayno.html

Гепатиту отмерят срок

Молодой человек заразил гепатитом B, можно ли подать в суд на него?

На смену уголовной ответственности за заражение ВИЧ может прийти статья за умышленное заражение тяжелыми заболеваниями по списку правительства. Такое поручение содержит протокол совета при правительстве РФ, возглавляемого вице-премьером Ольгой Голодец. Юристы полагают, что изменения могут декриминализировать неумышленное заражение, например, со стороны медиков.

В будущем году в России может возникнуть дефицит лекарств для больных ВИЧ, выяснила «Газета.Ru». Причина в слишком медленном переходе на… →

Поручение об исключении из Уголовного кодекса ст.

122 (заражение ВИЧ-инфекцией) и включение умышленного заражения ВИЧ, а также иными тяжелыми инфекционными заболеваниями отражено в протоколе по итогам заседания совета при правительстве по вопросам попечительства в социальной сфере 3 февраля. Норму до 1 октября должен проработать Минюст совместно с Минздравом и другими заинтересованными органами.

Внести такие поправки в законодательство предложили члены совета, поскольку считают действующую статью устаревшей, поясняет Константин Добрынин, член совета, статс-секретарь Федеральной палаты адвокатов.

«Архаичная» норма УК о заражении ВИЧ, по его словам, появилась в 1996 году и была сформулирована отдельно, поскольку эта инфекция приравнивалась к смерти.

«За прошедшие 20 с лишним лет медицина продвинулась, и сейчас ситуация иная», — говорит Добрынин.

Кроме того, член совета опасается, что существует значительная вероятность привлечения к ответственности по этой статье невиновных, поскольку ее состав не принимает во внимание согласие ВИЧ-отрицательного партнера на вступление в половую связь и его позицию по вопросу использования средств предохранения.

В то же время, по мнению Добрынина, сопоставимую с ВИЧ опасность несут такие заболевания, как туберкулез и гепатит, за заражение которыми ответственность не предусмотрена.

«Сейчас, если мы говорим о дестигматизации этой болезни, выделение в отдельный состав выглядит нелогично», — говорит он. Поэтому предлагается разработать новую статью, предусматривающую уголовную ответственность за заражение опасными заболеваниями по перечню, установленному правительством, «без акцентирования на ВИЧ».

Заболевание с неопределенной опасностью

В действующей ст.

122 УК предусмотрено четыре варианта преступления, один из них даже не предусматривает собственно заражения — ответственность, в том числе лишение свободы до одного года, может наступить за «заведомое поставление другого лица в опасность заражения». Следующий состав — заражение лицом, знавшим о наличии у него этой болезни, наказывается лишением свободы сроком до пяти лет.

Самая суровая ответственность предусмотрена за сознательное заражение несовершеннолетних или нескольких лиц — лишиться свободы можно на срок до восьми лет. Но есть в статье и четвертый, «неумышленный» состав: заражение ВИЧ вследствие ненадлежащего выполнения своих профессиональных обязанностей, максимальное наказание по этому составу — лишение свободы до пяти лет.

Четвертая часть — это фактически отдельный состав, и если статья будет упразднена, то по такому случаю никого привлечь к ответственности уже не удастся, считает директор юридической группы «Яковлев и партнеры» Анастасия Рагулина.

В этом пункте, отмечает юрист, нет указания на умысел или его отсутствие, но она предполагает, что речь идет именно о неумышленном преступлении. Если бы оно было совершено умышленно, логично было бы применить ст. 111 (умышленное причинение тяжкого вреда здоровью) — до восьми лет лишения свободы.

Если статью 122 из УК уберут, то таким образом неумышленное заражение ВИЧ может быть фактически декриминализовано, согласен партнер юридического бюро «Замоскворечье» Дмитрий Шевченко, даже если заражение произойдет вследствие небрежности врачей.

Отдельная статья о ВИЧ дискриминирует больных, спорит активист движения «Пациентский контроль» Андрей Скворцов.

«Я за то, чтобы ее убрали, — это дискриминационная статья», — говорит он, приводя в пример другие заболевания, которые не выделяют в отдельный состав: сифилис, гонорея, туберкулез и гепатит.

Предложение сделать общий перечень заболеваний, включив в него, например, гепатит, он считает логичным.

Россия по итогам 2015 года стала страной с крупнейшей эпидемией ВИЧ в мире, по данным ООН. И хотя началась эта эпидемия не сегодня, новость шокировала… →

Правда, все четыре перечисленных заболевания, в отличие от вируса иммунодефицита, излечимы, а препараты против ВИЧ способны лишь перевести это заболевание в разряд хронических при условии их пожизненного приема. Отличается и способ передачи: в отличие от ВИЧ, туберкулез передается воздушно-капельным путем, гепатит С почти не передается половым путем.

Юрист Дмитрий Шевченко замечает, что в УК прописан и отдельный состав преступления за заражение венерической болезнью, однако для заражения ВИЧ была создана своя статья.

Это, по его словам, связано со степенью общественной опасности, из которой исходил законодатель.

«Поскольку ВИЧ-инфекция опасна прежде всего для жизни человека (от нее умирают), то, на мой взгляд, такое заражение можно отнести к тяжкому вреду здоровью», — говорит Шевченко.

Такого же мнения придерживается Рагулина из компании «Яковлев и партнеры»: упразднение отдельной статьи о ВИЧ потребует решения, к какому по тяжести вреду относить заражение этой инфекцией. Ответ неоднозначен: с одной стороны, ВИЧ как инфекция, опасная для жизни, относится к тяжкому вреду. С другой стороны,

ухудшение здоровья происходит не сразу и зависит от лечения, поэтому и непонятно, как определить степень вреда.

Поэтому, полагает юрист, торопиться с исключением статьи нецелесообразно. «Деяние имеет определенную общественную опасность: заболевание опасно для жизни. Как в такой ситуации можно убирать подобную норму, я не знаю», — резюмирует она.

Источник: https://www.gazeta.ru/business/2017/02/15/10526573.shtml

Совпадение? Четыре белоруса оперировались в одной больнице, а потом каждый заболел гепатитом C

Молодой человек заразил гепатитом B, можно ли подать в суд на него?

Перед нами в кофейне сидит улыбчивый, умный, симпатичный бородач Рома Копыркин. В свои 23 года ему бы связаться с журналистами Onliner.

by, чтобы похвастать программистским талантом или редким в кризисное время оптимизмом, а вместо этого он рассказывает нам историю, которая привела его с заявлением в Следственный комитет.

Казалось бы, обычное дело — разболелся живот, отправили в больницу с аппендицитом, прооперировали. Неприятно, конечно, но с кем не бывает. Однако спустя два месяца после операции у Ромы обнаружили гепатит C.

Можно было бы с тоской в глазах оплакивать судьбу или сетовать на плохие гены, если бы не одно «но». За последние два года еще трое белорусов после операции в том же отделении экстренной хирургии 2-й городской клинической больницы Минска заболели гепатитом C.

* * *

Рома держится молодцом, о гепатите, который медики называют «ласковым убийцей», рассказывает с юмором: «Я парень сообразительный, сам все „погуглил“, поискал в интернете симптомы, пришел в поликлинику и говорю: „У меня, дорогие врачи, гепатит. Что, скорую вызывать? Нет, не надо. Сам дойду“».

В действительности, конечно, мало кто сможет так бодренько сказать и себе самому, и врачам правду об этом диагнозе. Во-первых, болеть гепатитом C в нашей стране по-прежнему стыдно: в глазах окружающих (в том числе медиков) ты сразу превращаешься то ли в наркомана, то ли в женщину легкого поведения, то ли в наркомана легкого поведения.

Во-вторых, болезнь по-настоящему угрожает жизни. Это вам не гайморит или аппендицит, все очень серьезно. Приготовьтесь заплатить за лечение тысячи долларов, или через десяток лет вас ждет цирроз/рак печени. Ну а в-третьих, до недавнего времени в Беларуси даже не работал фиброскан. Чтобы узнать состояние печени, пациенты ездили в Вильнюс.

Для Ромы вся эта история началась 21 октября 2015 года:

— Я был в Минске, на работе, когда почувствовал боль в животе справа. К вечеру боль заметно усилилась, и, „погуглив“ симптомы аппендицита, уже из дома я позвонил в скорую. За мной приехали, пощупали, сказали: «Да, это аппендицит», — и увезли во 2-ю городскую клиническую больницу.

Буквально через два-три часа мне сделали операцию в экстренном хирургическом отделении, удалили воспаленный аппендикс. Через пять дней меня выписали, и я решил, что на этом история закончена. Да, чувствовал какой-то дискомфорт, но списывал все на обычное послеоперационное состояние.

Почти через два месяца, в середине сентября, появились серьезные симптомы: пожелтели глаза, начался зуд. Я снова все „погуглил“, почитал и сам себе поставил диагноз — гепатит.

Врачи в поликлинике подтвердили Ромину версию. До городской инфекционной клинической больницы Минска парень доехал сам, на своих ногах.

Рома был уверен, что дело обойдется гепатитом A — самой легкой и быстро излечимой формой. «Наверное, где-то грязной водички попил, вот и подхватил», — рассуждал программист.

Через неделю пришли результаты анализов: маркеры на гепатит C были положительными. Новый год Рома встретил в больнице, под капельницами.

Что ждет парня дальше? Стандартное лечение, которое предлагают белорусские врачи, — это пегинтрон и рибоверин. У этих лекарств масса побочных эффектов, а по деньгам они обойдутся примерно в $1000 в месяц.

После укола пегинтрона, который делается раз в неделю, многие пациенты чувствуют такую слабость и тошноту, что физически не могут работать. Ощущения сравнимы с химиотерапией у онкобольных.

Кроме того, нет гарантии, что такое лечение поможет. Шансы — 50 на 50.

Второй вариант — американские препараты, которые дают 90% гарантии на выздоровление, да и побочных эффектов гораздо меньше. Трехмесячный курс лечения стоит примерно $60— $90 тыс.

, а это астрономическая для рядового белоруса сумма. Сообразительные индийские фармкомпании выпускают дженерики — бюджетные аналоги американских лекарств. Весь курс таких препаратов будет стоить до $3000.

Так что Роме есть над чем подумать…

— Чисто гипотетически существует мизерный шанс, что болезнь пройдет сама. Но это скорее из области фантастики. Все произошедшее я могу прокомментировать точно и кратко: это просто жесть! Я лег в больницу лечиться, а вышел из нее с гепатитом. Кроме того, оказалось, что я не один такой.

Поискал информацию в интернете и узнал, что в 2014 году две девушки и мужчина тоже обнаружили у себя гепатит C после оперирования в отделении экстренной хирургии 2-й ГКБ. Произошедшее заставило меня обратиться с заявлением в Следственный комитет.

Моя цель — получить от государства финансовую поддержку для предстоящего лечения, — говорит Роман.

В этом его поддерживают коллеги по несчастью — Аня Константович, Алена Матусевич и Владимир Жигалкин.

Все трое с различными диагнозами (острый аппендицит, разрыв кисты правого яичника) оперировались в отделении экстренной хирургии 2-й ГКБ в Минске в апреле 2014 года. Аня и Алена даже лежали в одной палате.

А спустя несколько месяцев они снова встретились — на этот раз в инфекционной больнице. Анализы на гепатит C у всех троих оказались положительными.

* * *

Аня немного смущается, все-таки она впервые попала в руки фотокорреспондента. Для нас, журналистов, удивительно, что девушка не прячет лицо, в отличие от большинства пациентов с гепатитом.

— Да, мне не стыдно показать лицо. Я же не употребляла наркотики, не вела беспорядочный образ жизни и вообще ничего плохого не делала. Я во всей этой истории пострадавшая, — вздыхает милая блондинка.

22 апреля 2014 года Аня, 20-летняя студентка Белорусского государственного экономического университета, попала во 2-ю ГКБ Минска с диагнозом «разрыв кисты правого яичника». Девушку прооперировали и через шесть дней выписали. А дальше история точь-в-точь повторяет Ромин случай.

— Это была первая в моей жизни операция, потому я не знала, как должна себя чувствовать. Думала, что тяжелое недомогание — это обычное после операции дело. В начале мая у меня повысилась температура, хотя никаких симптомов простуды не было.

Я все равно ходила на занятия в университет, но мне было очень плохо, даже есть ничего не могла. Врачи списывали все на тяжелую переносимость последствий операции.

Но когда я уже почти ползком добралась до поликлиники, у меня все-таки взяли анализы на гепатит и отправили в инфекционную больницу.

Четыре дня Аня провела в реанимации, даже стоял вопрос о пересадке печени. Молодая студентка совершенно не понимала, что происходит. Непонятный диагноз, неизвестное лечение, смутные перспективы.

— Никто не объяснил мне, откуда у меня гепатит C. Некоторые врачи даже шутили, мол, мне осталось жить десять лет. Странный врачебный юмор. Я пугалась и плакала. Спустя месяц меня выписали, назначили серьезные препараты, строгую диету.

Вот так уже два года… Я думала, что гепатитом заразилась где-то сама когда-то давно и что с лечением в больнице моя болезнь никак не связана. Но случайно узнала, что девушка, которая лежала со мной в одной палате во 2-й ГКБ, Алена Матусевич, тоже попала в «инфекционку» с гепатитом C. Мы с ней списались и стали общаться в интернете.

Вскоре нас обеих нашел третий пациент, Владимир Жигалкин. Он тоже лежал во 2-й больнице в этом же отделении в этот же промежуток времени. Слишком много совпадений, понимаете!

Три пациента объединились и написали в Минздрав, Комитет по здравоохранению Мингорисполкома, а после отправили заявления в Следственный комитет. Проверка по этому делу длилась полтора года, затем пришло письмо из СК: нарушений не выявлено.

— Мы, конечно, расстроились, получив такой ответ, но по крайней мере думали, что подобное во 2-й больнице больше не повторится. Все-таки проверка была серьезная, на республиканском уровне. И вот в январе нам пишет Рома! Совершенно незнакомый парень с такой же ситуацией! А мы считали, что печальной истории трех человек достаточно…

Это стало для Ани стимулом обратиться в редакцию Onliner.by.

— Честно говоря, я почти не надеюсь, что нам помогут, — признается девушка. — Но мне очень нужна финансовая помощь для лечения в будущем. Тяжело быть одной со всем этим. Сначала я не осознавала, что со мной случилось. И только потом поняла, насколько все серьезно. Психологически тяжело с этим жить.

Например, в общежитии я никогда не буду резать продукты чужим ножом, лучше схожу за своим. Этот вечный страх: вдруг я случайно поранюсь! Ведь моя кровь опасна. Тяжело осознавать, что ты не такой, как все… После того как выяснилось, что я заболела, всех в моей университетской группе заставили пройти вакцинацию и помыть общежитие.

Девочки в моей комнате драили каждый уголок с хлоркой на случай, если это гепатит A. Потом оказалось, что все-таки C. Мне было сложно после этого. Вся группа знала о моей болезни, из-за меня ребятам пришлось ходить на прививки. Я чувствовала себя виноватой, это мучило меня.

Но, спасибо моим друзьям и одногруппникам, никто не отвернулся, не сказал плохого слова, все общаются со мной, как и прежде.

* * *

24-летней Алене Матусевич повезло меньше, чем Ане Константович. По крайней мере с реакцией окружающих.

— Когда стало известно, что я болею гепатитом C, некоторые друзья перестали со мной общаться. Особенно обидно было, когда хорошая подруга, с которой у нас дети одного возраста, перестала отвечать на мои звонки и приглашения. Но ведь я ни в чем не виновата! Я такая молодая, всегда вела здоровый образ жизни. За что мне все это?..

История Алены тоже началась во 2-й городской больнице, куда молодая жена и мама попала 22 апреля 2014 года с диагнозом «острый катаральный аппендицит». Операция, пять суток в экстренном хирургическом отделении, а потом выписка и неожиданное, необъяснимое ухудшение самочувствия через месяц.

— 12 мая мне стало так плохо, что я просто не могла ходить. Тошнота, рвота, головокружение, полуобморочное состояние. Пришлось вызвать скорую. Окончательный диагноз мне поставили в минской инфекционной больнице — гепатит C. Я была в шоке! Больше всего я волновалась за свою маленькую дочь. Ей тогда был всего лишь годик.

Каждые три месяца мне приходилось ложиться на лечение в инфекционную больницу, а доченька оставалась без меня, с мужем. Пришлось отучать малышку от груди. Мне невыносимо думать о том, как сильно страдал мой ребенок. Думаю, дочери было тяжелее, чем мне. В тот момент, когда мама была нужна ей больше всего, меня не было рядом… Я очень благодарна мужу.

Его поддержка многое мне дала.

Поддерживающее лечение, которое в начале болезни проходила Алена, стоило 1,5 млн белорусских рублей в месяц. Для молодой семьи это были большие деньги.

— Я в декрете, муж — простой рабочий, почти все заработанное уходило на дочку — и тут вдруг такие суммы на таблетки каждый месяц! Честно признаюсь, было очень тяжело. Если бы не свекровь и мои родители, мы бы не справились.

Чувство несправедливости происходящего заставило Алену подать заявление в Следственный комитет. Но отсутствие какого-либо результата удручает девушку.

— Я хочу, чтобы в этой ситуации разобрались и нашли причину, по которой все мы четверо (уже четверо!) заболели гепатитом C. Лечение дорогое, и, на мой взгляд, будет справедливо, если его оплатит 2-я больница.

Люди заболевают, а никто ничего не делает. Все наши жалобы, заявления, все наши старания принесли ноль эффекта. Я часто с горькой иронией думаю о том, что аппендэктомия — это одна из самых простых операций в хирургии.

И чем все закончилось?..

* * *

Четвертый участник этой истории, 55-летний Владимир Жигалкин, оказался слишком занят и не нашел времени для встречи с журналистами. А может, уже отчаялся изменить что-либо?..

Ведь главный врач 2-й городской клинической больницы Минска Сергей Прусевич ответил корреспонденту Onliner.by четко и безапелляционно: «Следственный комитет проводил проверку.

Между лечением в нашем учреждении здравоохранения и заболеванием этих людей никакой связи не выявлено».

Источник: https://people.onliner.by/2016/04/26/gepatit

Юриста совет
Добавить комментарий