Как правильно составить свидетельские показания, что я веду хозяйственную деятельность в доме?

История репрессий. Откровения тюремного провокатора

Как правильно составить свидетельские показания, что я веду хозяйственную деятельность в доме?

Камера подследственных. Томский мемориальный музей «Следственная тюрьма НКВД»

В обмен на разного рода льготы «наседка» (доносчик, провокатор) либо выведывает у сокамерника детали дела, нужные следствию, либо склоняет его к сотрудничеству и признанию.

В этой части рассказа о репрессированных саратовцах речь пойдет именно о такой подсадной утке. Назову его инициалами А.Л., поскольку живы потомки, для которых его имя свято, а само имя включено в Книгу памяти Саратовской области. Не мое дело судить несчастного, я не знаю, что с ним делали для того, чтобы он согласился продавать и предавать вчерашних товарищей по партии.

Из протокола допроса я убрал детали, с помощью которых можно определить личность этого пламенного коммуниста и крупного работника идеологического фронта. Еще раз выскажу убеждение: вина лежит не на нем, а на системе, построенной из потенциальных предателей. Купленных или запуганных – не суть важно.

Краткие сведения о погубленных «наседкой» партийно-хозяйственных деятелях приведены после текста документа.

ПРОТОКОЛ ДОПРОСА

арестованного А.Л.

от 16 июля 1937 года

Вопрос:Вы давно сидите в тюрьме?
Ответ:Один год и два месяца.
Вопрос:За что Вы сидите?
Ответ:За троцкизм.
Вопрос:Вы действительно примыкали к троцкизму?
Ответ:Нет, я не примыкал, никогда за троцкистов не ал, но разговоры с ними были.
Вопрос:Чем Вы занимались до ареста?
Ответ:До ареста я был директором отделения в Республике немцев Поволжья. Арестовали меня в гор. Энгельсе, а в тюрьме я все время содержусь в Саратове.
Вопрос:В каких условиях Вы содержитесь?
Ответ:В неплохих. Я ведь веду здесь большую работу, особенно в последнее время.
Вопрос:О какой большой работе Вы говорите?
Ответ:Мне приходится в камере разворачивать дела. Я не знаю, можно ли Вам это говорить… например, с САРАЕВЫМ дело, КАЧКОВЫМ, а сейчас у меня в обработке Зам. Нач. Политотдела дивизии, затем я над БАРЫШЕВЫМ работал. Вам, вероятно, известно, что я и в прошлом году очень много работал над троцкистами Республики немцев Поволжья.
Вопрос:Расскажите конкретно, в чем выражается Ваша большая работа, о которой Вы уже дважды помянули?
Ответ:Я обрабатываю в камере несознающихся арестованных, склоняю их к даче развернутых показаний, помогаю им составлять показания и даже сам пишу от их имени заявления на имя следователей или начальника отдела.
Вопрос:Вы это делаете по своей инициативе?
Ответ:Нет, все мои действия согласованы со следователем. Особенно хорошо я работаю с приездом Натана Давидовича ЗАРИЦКОГО. Без него мне было трудно, меня держали в камере, где было пять человек и очень тяжело было обрабатывать арестованных.С ЗАРИЦКИМ у меня хорошо пошла работа. В этом году я от имени одного САРАЕВА написал шесть заявлений, которые потом были оформлены в протокол.
Вопрос:А протоколов допроса Вам не приходилось писать?
Ответ:Нет, я пишу только заявления и лишь после того, как обрабатываю арестованного. Опыт у меня большой, я прошел здесь большую политическую школу и должен сказать, что эта работа меня удовлетворяет и подбадривает. Мне удавалось обрабатывать таких арестованных, которые по два месяца не давали показаний, например, ЛЕПШЕВА, которого два месяца в Москве не могли сломать, а я его, правда, с трудом, но сломал. Я хорошо изучил психологию арестованных и знаю, чем их брать.В последнее время я, набравшись опыта, очень быстро склоняю арестованных к показаниям.
Вопрос:Как же это Вам удается?
Ответ:У меня к арестованным разные подходы.
Вопрос:Какие именно?
Ответ:Смотря по тому, кто сидит. Если это, например, коммунист и он немного замешан в деле, я могу тогда влиять на его чувства, я говорю, что если он честный человек, то он должен дать те показания, которые требует следствие, что это единственный путь, что все пути отрезаны.
Вопрос:Как Вы САРАЕВА обработали, как Вы выражаетесь?
Ответ:Главным образом, бил на чувства.
Вопрос:А каким человеком Вы его считаете?
Ответ:Он довольно разложившийся человек. Он мне рассказывал о пьянках, о том, что он затратил 40.000 рублей на ремонт квартиры. Человек он, безусловно, исправимый, он ставит интересы партии и родины выше собственных интересов, он пошел смело на дачу показаний. А вообще тяжело мне с ним было. Его тут взяли в работу чуть ли не на 48 часов, он плакал и ничего не помогало. Я же его довольно быстро сломал в камере.Есть большая трудность в моей работе – это то, что у арестованных появляются рецидивы раскаяния.
Вопрос:Как это понимать?
Ответ:Ну, желание отказаться от показаний. Я забыл Вам сказать, что я сидел с ШИПОВЫМ. Я его очень удачно сломал, он дня 3-4 не давал никаких показаний. Этот человек ужасные вещи выделывал в камере – и плакал, и головою о стенку бился, но я его с большим трудом успокоил, и он дал показания, но может от них отказаться. Я на этот счет уже информировал ЗАРИЦКОГО, так как заметил, что ШИПОВ в камере готовит заявление на имя следствия в форме отказа.Тут ошибка не моя, следователя. Я об этом говорил ЗАРИЦКОМУ. Когда ШИПОВ написал первый протокол, вернее, подписал показания, составленные следователем, он спросил следователя: «Что было бы, если бы моя воля выдержала и я устоял бы перед Вашим напором?» Следователь ему ответил, что его бы на некоторое время оставили в покое, устроили бы несколько очных ставок и не стали бы над ним суда устраивать.ШИПОВА беспокоило то, что дача требуемых следователем показаний, пожалуй, не было единственным выходом из положения. Я его буквально загнал в щель и доказал, что дача показаний была его единственным выходом.ШИПОВ, между прочим, на стенке камеры выцарапал интересное изречение, примерно такого содержания: «Клевета и невнимательное отношение следствия могут сразу разбить три жизни (он имеет в виду себя, жену и ребенка), я врагом не был и не буду, не понимаю, почему несчастье обрушилось на мою голову».Однако показания ШИПОВ дал, и если бы не ошибки следователя, то я был бы спокоен за то, что он не откажется от своих показаний.
Вопрос:И со многими арестованными Вам поручали такого рода работу?
Ответ:Да, я и сейчас работаю над КЕССЛЕРОМ – зам. нач. Политотдела дивизии, я сегодня долго с ним беседовал, в результате он даст показания на нач. политотдела дивизии.Большую работу я проделал над БАРЫШЕВЫМ.
Вопрос:Как Вы «работали» над БАРЫШЕВЫМ?
Ответ:БАРЫШЕВ мне рассказывал о протоколах моих допросов, которые он читал летом прошлого года, спрашивая меня, нет ли нажимов здесь. Он был только первый день очень подавлен, а затем держал себя очень хорошо.Я его, главным образом, ориентировал в отношении состава центров – троцкистского и правых. Меня предварительно тщательно инструктировал ЗАРИЦКИЙ, рассказал, какие требуются с БАРЫШЕВА показания, назвал мне состав центров, а я уж все это БАРЫШЕВУ рассказывая, говорил, что нужно показать о контакте работы троцкистов с правыми через АНТИПОВА.
Вопрос:Но ведь Вы склоняли арестованных к даче заведомо ложных показаний, Вас это обстоятельство не смущало?
Ответ:Я сознательно шел на это дело, ибо ЗАРИЦКИЙ мне говорил, что это нужно в интересах партии, в интересах следствия. Это же я говорил арестованным, склоняя их подписать ложные требования. Я хочу Вас заверить, что возложенную на меня работу я выполнял добросовестно, не жалея своих сил и энергии, и что те показания, которые подписали обработанные мною арестованные, останутся в силе, несмотря на их должность, так как они от них не откажутся.

ПРОТОКОЛ ЗАПИСАН С МОИХ СЛОВ ПРАВИЛЬНО, МНОЮ ПРОЧИТАН.

/А. Л./

ДОПРОСИЛ: ЗАМ. НАЧ. 4 ОТДЕЛА ГУГБ

МАЙОР ГОСБЕЗОПАСНОСТИ /СТРОМИН/

ОПЕРУПОЛНОМ. 4 ОТДЕЛА ГУГБ

ЛЕЙТЕНАНТ ГОС. БЕЗОПАСНОСТИ /ЛЕРНЕР/

Подлинник находится в архивном деле № .

В заключение приведу список тех, с кем успешно «поработал» А.Л.:

Антипов Андрей Васильевич (1894–1938) – член ВКП(б) с 1915 г., начальник Саратовского областного земельного округа. Расстрелян 20 января 1938 г.

Барышев Николай Иванович (1898–1937) – член ВКП(б) с 1916 г., председатель Саратовского облисполкома. Расстрелян 30 октября 1937 г.

Кесслер Константин Петрович – заместитель начальника политотдела 53-й стрелковой дивизии. Расстрелян 23 января 1938 г.

Сараев – председатель Нижне-Волжского краевого совета Осоавиахима, обвинялся в участии в троцкистской организации. Дальнейшая судьба неизвестна.

Шипов Николай Константинович (1894–1938) – член ВКП(б) с 1917 г., полковник, начальник Саратовского бронетанкового училища. Расстрелян 27 октября 1938 г.

Сведения о Качкове и Лепшеве обнаружить пока не удалось.

В протоколе упоминаются два работника НКВД:

Зарицкий Натан Давидович – c 29 января 1937 г. старший лейтенант государственной безопасности, 15 ноября 1939 г. уволен в связи с «невозможностью использования на работе в Главном управлении государственной безопасности».

Лернер – вероятно, Лернер Наум Моисеевич (1906–1983). В органах ВЧК−ОГПУ−НКВД с декабря 1934 г.

Нужно отметить, что допрашивали А.Л. в связи с делом Якова Агранова – некогда всесильного начальника Главного управления государственной безопасности НКВД СССР.

17 мая 1937 года Агранов был назначен на должность начальника Управления НКВД Саратовской области и с жаром принялся зачищать от троцкистов подведомственную территорию. Однако уже 20 июля Агранова арестовали и доставили в Москву.

Чекиста обвинили в заговоре и создании контрреволюционной организации внутри НКВД и казнили 1 августа 1938 г.

Допрашивал А.Л. новый начальник УНКВД Саратовской области Альберт Стромин, который вскоре будет всенародно избран депутатом Верховного Совета СССР первого созыва. Что, впрочем, не помешало и его расстрелять в Москве 23 февраля 1939 г.

Источник: https://fn-volga.ru/news/view/id/104402

Вексельторг здесь неуместен // Апелляционный суд подтвердил претензии к МИАН на 1 млрд руб

Как правильно составить свидетельские показания, что я веду хозяйственную деятельность в доме?

Оригинал этого материала
© “Коммерсант”, 12.11.2007

Апелляционный суд подтвердил претензии к МИАН на 1 млрд руб

Ольга Плешанова, Халиль Аминов

В постановлении апелляционного суда описано, как руководители МИАНа препятствовали проведению налоговой проверки (на фото — гендиректор МИАНа Александр Сенаторов)

В распоряжении Ъ оказался полный текст постановления апелляционного суда по налоговому делу ЗАО МИАН. Суд не только подтвердил законность претензий к одной из крупнейших риэлтерских компаний на 1 млрд руб., но и сделал вывод об умышленном создании схемы по уходу от налогов.

Это, по мнению юристов, может стать поводом для возбуждения уголовного дела против руководителей компании. Участники рынка недвижимости уже говорят о намерении отказаться от “серых” схем. Девятый арбитражный апелляционный суд не изменил решения по поводу взыскания с ЗАО МИАН около 1 млрд руб. налоговых претензий за 2002-2003 годы.

Эти претензии признал законными арбитражный суд Москвы 20 июля, решение которого теперь вступило в силу. Апелляционный суд в постановлении от 19 октября категорически отверг довод МИАНа о том, что незаконную вексельную схему ухода от налогообложения компания не создавала. Суть схемы установил еще суд первой инстанции.

Права на квартиры в строящихся домах МИАН продавал гражданам за векселя связанных с ним фирм, что позволяло занижать выручку и выводить деньги в сторонние структуры. При этом продавцом прав на квартиры нередко выступал не сам МИАН, а подконтрольная ему фирма.

В апелляционном суде МИАН пытался доказать, что ООО “Веда Интерком” (формальный продавец прав на квартиры) и ООО “ТПС Интерстейт бюро” (векселедатель) “являются самостоятельными плательщиками налогов”, а их зависимость от МИАНа судом не обоснована.

В ответ апелляционный суд проанализировал все связи между компаниями, их адреса, общих учредителей и руководителей.

Суд признал, что МИАН сам создавал схему ухода от налогообложения: учреждал зависимые организации, формально владеющие правами на получение квартир в новостройках, контролировал их деятельность, открывал им счета в одних и тех же банках, проводил взаимозачеты.

Апелляционный суд простым выявлением незаконной схемы не ограничился. Он прямо признал, что МИАН “совершал все вышеописанные действия умышленно, создавая необходимые условия для реализации спланированной схемы по уходу от налогообложения”.

Кроме того, в постановлении описано, как руководители МИАНа препятствовали проведению налоговой проверки. Гендиректор МИАНа Александр Сенаторов, например, заявил, что не знает об операциях с векселями. Проверить “Веду Интерком” и “ТПС Интерстейт бюро” налоговики не смогли, поскольку по официальным адресам эти фирмы отсутствовали. Налоговиков также не пустили в офис самого МИАНа на Красной Пресне, 22, куда они вместе с милицией пришли 22 августа 2006 года вручать требование об уплате налоговых санкций. В пресс-службе МИАНа Ъ сообщили, что не согласны с постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда Москвы и “намерены отстаивать свои права в судах высшей инстанции”. От подробных комментариев в компании отказались. Постановление тем не менее позволяет уже сейчас взыскать с МИАНа около 1 млрд руб.– 10% его прошлогодней выручки. Основной проблемой, однако, могут оказаться не финансовые потери. Суд признал, что МИАН уклонялся от уплаты налогов умышленно. Старший юрист адвокатского бюро “Егоров, Пугинский, Афанасьев и партнеры” Игорь Серебряков считает, что в такой ситуации “вступивший в законную силу акт арбитражного суда может быть поводом для возбуждения уголовного дела”. По словам юриста, ответственность за умышленное уклонение от уплаты налогов с организации предусмотрена в ст. 199 Уголовного кодекса. К ответственности по ней привлекаются руководители организаций, максимальное наказание — до шести лет лишения свободы. К уголовному преследованию руководителей МИАНа может подтолкнуть и позиция налоговиков. “Федеральная налоговая служба выражает крайнюю озабоченность тем, что, несмотря на поддержку позиции налоговых органов судами, компания МИАН еще в момент проведения проверки начала предпринимать умышленные действия, осложняющие исполнение решения суда. Речь идет о неправомерном выводе имеющихся активов на свои аффилированные компании”,– заявили Ъ в пресс-службе ФНС.

Участники рынка недвижимости уже заговорили о намерении отказаться от “серых” схем. “Ситуация вокруг МИАНа заставила задуматься участников рынка недвижимости над тем, как 'обелить' свой бизнес.

Сейчас застройщики стремятся исполнять все условия закона о долевом строительстве либо продавать уже готовое жилье без привлечения средств соинвесторов”,– утверждает председатель совета директоров компании “МИЭЛЬ-Недвижимость” Григорий Куликов.

Один из московских девелоперов объяснил, что вексельные схемы позволяли компаниям экономить до 20-30% средств.

Генеральный директор девелоперской компании “Новая площадь” Денис Семыкин считает, что рынок воспринял судебную тяжбу МИАНа с налоговиками как “показательную экзекуцию”: “Застройщики готовы сделать процедуру продажи квартир в новостройках более прозрачной”.

***

Оригинал этого материала
© taxpravo.ru, 12.11.2007

Источник: http://www.compromat.ru/page_21745.htm

Директора вызвали в налоговую на допрос, что делать?

Как правильно составить свидетельские показания, что я веду хозяйственную деятельность в доме?

В материале рассмотрены практические аспекты допроса должностных лиц компании. Вы узнаете, кого налоговая вызывает на допрос и как вести себя в ходе допроса, какими последствиями чреват допрос для проверяемой организации, а также как минимизировать возникающие при этом налоговые риски.

Практика свидетельствует о том, что почти всегда в ходе камеральных и выездных налоговых проверок (в том числе, встречных проверок) проверяющие прибегают к такому инструменту налогового контроля как допросы свидетелей. Для налоговиков это малозатратный (в отличие от экспертизы) и самый легкий способ сбора доказательств по выявленным нарушениям.

На допрос в качестве свидетеля в налоговую инспекцию рискует попасть любое физическое лицо, которому, по мнению инспекторов, могут быть известны какие-либо обстоятельства деятельности организации, заключения и исполнения различных сделок и т. д.

Как правило, в первую очередь на допрос в налоговой инспекции вызывают должностных лиц проверяемой компании и руководителей ее контрагентов. Но кроме генерального директора и главного бухгалтера налоговыми свидетелями могут выступать любые сотрудники проверяемой организации (причем как уволившихся, так и ныне работающих).

Свидетеля вызывают повесткой на допрос в налоговую инспекцию, а все показания заносятся в протокол.

Дача пояснений – не допрос

Вызов в налоговую на допрос нередко путают с таким мероприятием налогового контроля, как вызов для дачи пояснений (ст. 31 НК РФ). Он оформляется уведомлением.

При этом одним из главных отличий допроса от дачи пояснений является то, что на допрос в качестве свидетеля в налоговую должно явиться лицо, указанное в повестке о вызове (например, генеральный директор), в то время как для дачи пояснений от компании можно направлять любого представителя компании по доверенности (в том числе одного лишь юриста).

Итак, Вам пришла повестка на допрос в налоговую. Есть несколько рекомендаций, как вести себя на допросе и как подготовить сотрудников компании к возможному вызову в качестве свидетелей.

1. Не игнорируйте вызов на допрос в налоговой

Многие полагают, что проще заплатить штраф, чем пойти на допрос в качестве свидетеля в налоговую и сообщить лишнее инспектору. Но это ошибочное мнение.

Как показывает практика, зачастую неявка на допрос генерального директора либо главного бухгалтера в ходе камеральной проверки возмещения НДС может послужить одним из «формальных» оснований для отказа компании в возврате либо зачете налога.

Налоговая инспекция наряду с иными обстоятельствами может сделать вывод об отсутствии у проверяемой компании признаков ведения реальной предпринимательской деятельности.

Важно!

Неявка на допрос в налоговую без уважительных причин, как и уклонение от допроса, наказывается штрафом в размере 1000 руб. Кроме того, предусмотрена ответственность за неправомерный отказ от дачи показаний и заведомо ложные показания – 3000 руб. (ст. 128 НК РФ).

2. Подготовьтесь к вопросам налоговиков

Допрос свидетелей налоговая инспекция проводит с целью получения весомых, с точки зрения инспекции, доказательств совершения проверяемой компанией тех или иных налоговых нарушений, связь с компаниями-однодневками. Поэтому чаще всего задают вопросы по сделкам и операциям, которые показались инспекторам «сомнительными»:

  • Каким образом и когда нашли данного контрагента (откуда брали информацию)?
  • Почему выбрали именно его?
  • Каким образом контактировали с контрагентом?
  • Кто подписывал договоры и прочие документы?
  • Контактные данные и реквизиты контрагента?
  • Какой товар поставлялся, какие оказывались услуги?
  • Каким образом происходила передача товара, как доставлялся и где хранился?
  • Что входит в ваши обязанности как руководителя компании?
  • Подписывали ли вы (руководитель) договоры и другие документы от имени компании?
  • и др.

Налоговая вызов на допрос свидетеля использует, в том числе, и с целью припугнуть представителя компании. Готовьтесь к тому, что налоговики начнут оказывать на вас психологическое давление.

Поддаваться их напору и бояться инспекторов не надо.

Установка должна быть такой: ваша компания все сделки заключала в строгом соответствии с законодательством и в проверяемом периоде у нее отсутствовали какие-либо нарушения.

4. Не торопитесь с ответами, отвечайте коротко и четко

Если  вызвали в налоговую в качестве свидетеля, хорошо идти на допрос в ИФНС с четко сформулированной версией событий. Но, к сожалению, все вопросы налоговиков предугадать невозможно.

К тому же часто налоговики хитрят и задают одни и те же вопросы, но с разных сторон, пытаясь тем самым запутать свидетеля. Если заданный вопрос ставит вас в тупик или кажется подозрительным – не спешите, продумайте ответ.

Лучше ответить обобщенно либо даже неопределенно, чем дать противоречивые ответы.

Как свидетелю формулировать свои ответы

Если в ходе допроса в налоговой генеральному директору инспекторы задают какие-либо неудобные вопросы, то можно дать наиболее обобщенные ответы.

Например, на вопрос инспектора о том, как было найдено ООО «XXX», контактировали ли Вы с генеральным директором ООО «XXX», получали ли учредительные и иные документы данного поставщика и т.п.

, можно ответить примерно следующим образом: «Поиском данного поставщика и проверкой пакета документов по ней занимались определенные сотрудники нашего отдела закупок».

На просьбу назвать основных поставщиков компании можно ответить примерно следующим образом: «Главными поставщиками являются ООО «YYY», ООО «ZZZ», более мелких не могу сейчас вспомнить…».

Также допустимо и оправданно, если на заданные проверяющим уточняющие вопросы (тем более, когда речь идет о просьбе инспектора указать на какие-либо документы, привести цифры, назвать даты и т. п.) генеральный директор предоставит неопределенные ответы (в частности, «не располагаю подобными сведениями», «необходимо смотреть документы»).

Например, на вопрос, кто из сотрудников отдела закупок (отдела продаж) лично присутствовал при подписании договора с ООО «XXX», можно ответить фразами «не помню», «затрудняюсь ответить», и др.

В случае присутствия на допросе юриста генеральный директор после каждого задаваемого инспектором вопроса имеет полное право обсуждать с юристом наиболее подходящие варианты (формулировки ответов), а при необходимости после ознакомления с протоколом допроса налоговой и до его подписания – требовать «редактирования» в протоколе формулировок ответов свидетеля.

Внимательно прочитайте протокол допроса налоговой инспекции, чтобы убедиться, что все ваши слова записаны верно, без каких-либо искажений и дополнений.

Как показывает практика, проверяющие могут нечетко формулировать подлежащие занесению в протокол вопросы и соответствующие ответы свидетеля.

В последующем это предоставляет ИФНС широкие возможности интерпретировать полученные показания в свою пользу, и они в искаженном виде находят свое отражение в принятом по результатам проверки решении.

История из практики

В ходе допроса генерального директора ООО «XXX», выступавшего основным поставщиком проверяемой компании, на один из вопросов налоговый свидетель ответил следующим образом: «…документы приносили мне подписанными».

При этом, отвечая так, директор имел в виду, что такие документы были уже оформлены со стороны компании-контрагента.

Между тем налоговая инспекция в решении по итогам выездной проверки сделала вывод о не подписании первичных документов генеральным директором ООО «XXX».

Практическая ценность сопровождения налогового юриста при допросе генерального директора либо главбуха заключается в следующем:

  • Присутствие юриста необходимо для наиболее корректного и полного отражения в протоколе допроса налоговой показаний генерального директора или главного бухгалтера, исключения двусмысленности и противоречивости, дачи указанными свидетелями показаний сообразно фактическим обстоятельствам финансово-хозяйственной деятельности компании и т. п. При необходимости юрист обратит внимание инспектора на неправильность произведенных в протоколе допроса записей ответов допрашиваемого свидетеля и необходимости их корректировки.

История из практики

Инспектор попросил назвать генерального директора ООО «XXX» его иностранных покупателей. При этом необходимо отметить, что ООО «XXX» работало исключительно по агентским договорам с российскими организациями, в рамках которых оно как агент находило иностранных заказчиков для российских организаций, то есть формально иностранных покупателей у ООО «XXX» не было.

В итоге генеральный директор ответил буквально – «иностранных покупателей нет». В дальнейшем такая формулировка позволила налоговому органу в акте выездной проверки сделать вывод, что содержание протокола допроса генерального директора свидетельствует о номинальности руководства деятельностью ООО «XXX», так как свидетель не смог назвать своих контрагентов, иностранных заказчиков и т.п.

  • Присутствие налогового юриста позволяет также избежать злоупотреблений со стороны налоговой инспекции (например, настоятельных требований проверяющих в адрес генерального директора или главного бухгалтера отказаться от возмещения НДС под угрозой назначения выездной проверки).

Для допроса хватит простой доверенности

Действующее законодательство гарантирует любому лицу право на получение квалифицированной юридической помощи (ч. 1 ст. 48 Конституции РФ). При этом для присутствия и участия юриста в ходе допроса в налоговой необходимо всего лишь оформить на него простую доверенность от имени свидетеля (т.е. нотариально заверять доверенность не надо!).

Источник: https://1c-wiseadvice.ru/company/blog/gendirektora-vyzvali-na-dopros-v-nalogovoi-pravila-bezopasnogo-povedeniia-6000/

Юриста совет
Добавить комментарий